Сомелье уважительно склонил голову:
— Профессиональный подход. Возможно, стоит обратить внимание на выдержанный Альбариньо или редкий австрийский Рислинг из долины Вахау? У него потрясающая минеральность.
Горский внимательно наблюдал за мной. Его взгляд не отрывался от моего лица, пока я обсуждала нюансы терруара и послевкусия. Казалось, ему было не так важно само вино, как то, с какой уверенностью я отстаивала свою позицию.
— Несите Рислинг, — коротко бросил он. — И Альбариньо тоже. Мы сравним.
Когда сомелье отошел, Роберт чуть наклонился вперед, вторгаясь в мое личное пространство. Я почувствовала запах его парфюма. Он был терпкий, с нотками кожи и дорогого табака и на мгновение растерялась.
— Вы хорошо разбираетесь в деталях, Ксения. Не только в вине, но и в людях, которые его подают. Вы заметили, как он на вас посмотрел? С уважением. Этого нельзя купить, это можно только заработать.
Я сделала глоток воды, стараясь сохранить маску спокойствия.
— Репутация в любом бизнесе является его фундаментом.
— Вы правы, Ксения, но есть и кое-что еще — его голос стал тише. — Информация, которая может либо спасти чью-то репутацию, либо окончательно её уничтожить.
Сомелье вернулся с двумя бокалами. Начался ритуал дегустации: проверка цвета, аромата, первый глоток. Я чувствовала, как Горский играет со мной в кошки-мышки, затягивая тот самый момент. Он поднес бокал к свету, рассматривая золотистую жидкость.
— Знаете, что мне нравится в этом вине? — спросил он, глядя на меня сквозь хрусталь. — Оно честное. Оно не пытается казаться чем-то другим. В отличие от большинства людей, с которыми мне приходится иметь дело. Включая коллег по цеху… и близких.
Сердце пропустило удар. Он подводил черту под «рабочей частью». И я осознала, что знает он намного больше, чем я думала.
Глава 11
Горский
Я медленно положил трубку на полированную поверхность своего рабочего стола. Ксения Юрьевна согласилась. В её голосе, вопреки моим ожиданиям, не было ни капли той суетливой радости, которую обычно выказывают мелкие подрядчики, получив приглашение в «Кристалл». Была лишь настороженность и… достоинство.
Интересно.
Я развернул кресло к окну, за которым Москва уже начинала пульсировать вечерними огнями. На экране монитора висела открытая схема, которую мои аналитики составляли последние две недели. Это не был просто «сговор двоих». Сафонов и этот выскочка-архитектор Сергей Олесин были лишь головой гидры. У гидры нашлись и другие щупальца.
Мой начальник службы безопасности накопал связи с парой прорабов на ключевых объектах. Они закрывали глаза на замену немецкого бетона дешевым аналогом. Был еще юрист из договорного отдела, «подчищавший» спецификации, и логист, обеспечивающий «левые» рейсы для перепродажи материалов. Слежка была установлена за всеми; мои люди пасли их день и ночь. Целая экосистема паразитов, выстроенная прямо под моим носом.