— Я… Мне… — выдавила я пересохшими губами.
В ту же секунду дверь распахнулась с оглушительным грохотом.
— Кривошеев Аркадий Борисович, отойдите от пациентки! — Голос Волынова прозвучал как удар хлыста.
Следователь в два шага пересек кабинет, на ходу выхватывая из кармана удостоверение.
— Следователь Волынов, — он на мгновение раскрыл перед лицом ошарашенного врача «корочку». — Вы задержаны по подозрению в причинения тяжкого вреда здоровью.
Женщина-оперативник, зашедшая следом, действовала молниеносно и очень аккуратно. Пока Кривошеев стоял, застыв от шока, она склонилась надо мной и точным движением перекрыла подачу раствора, а затем вытащила иглу из вены.
— Всё хорошо, Ксения Юрьевна, я рядом, — тихо сказала она, прижимая к моей руке стерильный тампон.
— Что это значит⁈ Это уважаемый медицинский центр! — наконец взвизгнул Кривошеев, когда на его запястьях защелкнулись наручники. — Я врач с мировым именем! Вы не имеете права!
— Ваше имя теперь будет фигурировать только в протоколах допроса, — отрезал Волынов. — Елена, вызывай парней. Надо опечатать систему и ампулу. Компьютер, документы, всё под опись и в отдел.
Он вывел Кривошеева в коридор.
В дверях появился Роберт. Его взгляд метался по кабинету, пока не нашел меня. В два шага он оказался рядом и обнял.
— Ты как? Успело что-то попасть в кровь? — его голос дрожал от едва сдерживаемого напряжения.
— Я… я в порядке. Всего пара капель, — я попыталась прийти в себя, но тело била мелкая дрожь.
Роберт помог мне подняться и повел меня на выход.
— Всё кончено, Ксения, — тихо сказал Роберт, поглаживая меня по спине. — Теперь он точно больше никогда никого не тронет. Поедем в нормальную клинику, я хочу чтобы тебя осмотрели, пусть и пара капель, но не хочу рисковать.
Я вышла из клиники, опираясь на его руку. Морозный воздух показался мне необыкновенно сладким. Капкан захлопнулся.
Глава 30
Роберт напоминал стихию, сметающую всё на своём пути. Он усадил меня в машину и на бешеной скорости повез в проверенный элитный медицинский комплекс, которому доверял лично.
Там нас уже ждали. В этом новом, залитом мягким светом и пахнущем настоящим профессионализмом месте, Роберт окончательно раздолбал медицинский персонал, который делал осмотр. Он требовал невозможного. Мгновенных результатов, полных токсикологических панелей и гарантий, что непонятный препарат не оставит и следа в моем организме. Его голос, холодный и властный, заставлял врачей двигаться быстрее, чем на реанимации. Как я не старалась его успокоить, ничего не выходило. В итоге я просто махнула рукой и каждый раз на его очередной приказ медперсоналу закатывала глаза.