Я вспомнила, как читала его переписку с Камиллой, где «измотанный» Сергей обсуждал, какое масло для загара лучше взять в Дубай. Мне до ужаса захотелось сперва заржать — нет, не засмеяться, а именно заржать во весь голос! А потом от всей души послать ее на х…й! Я редко ругалась матом. Когда я была подростком, мама заставляла меня есть перчики чили за каждое матерное слово, и с тех пор как отрезало. Но эта женщина не заслуживала ничего, кроме самой отборной брани.
«Рано, еще слишком рано…» — убеждала я себя. Я глубоко вздохнула и вцепилась в руку Таши, словно она была моим спасательным кругом.
«Терпи, пожалуйста, терпи» , — молила я себя. —«Представь, как потом, когда всё закончится, ты с великим удовольствием скажешь ей в лицо всё, что ты о ней думаешь!»
— Конечно, Галина Викторовна, — мой голос стал пугающе спокойным. — Я всё осознала. Сергей действительно заслуживает… особенного отношения. И вы тоже. Раз он доверил мне такую важную вещь, как заказ торта для вашего юбилея, я сделаю это так, как подобает любящей жене.
— Вот именно! — она мгновенно сменила гнев на милость, почувствовав привычную покорность. — Торт должен быть монументальным. С моими инициалами, золотой лепниной из марципанов и вензелями. Коржи с темным шоколадом и коньячно-вишневым наполнителем. И чтобы всё было готово к семи вечера в субботу. Приедешь пораньше проконтролировать официантов. Если хоть одна вилка будет лежать криво, то пеняй на себя.
— Не волнуйтесь, — я криво усмехнулась, переглянувшись с Ташей. — Каждая деталь будет на своем месте.
«И каждый получит ровно то, что заслужил!» — мстительно подумала я.
— Надеюсь на это, — буркнула она и уже хотела было попрощаться, но передумала. — И кстати, раз уж мы затрагивали тему твоего «лечения»… Я сегодня звонила своему знакомому врачу. Он репродуктолог, Аркадий Борисович Кривошеев. Отличный специалист. Раз уж ты сама не в состоянии нормально подумать о своем здоровье, то я сама им займусь. Я записала тебя на первичный осмотр завтра на двенадцать часов. Клиника называется «БиоМед», та, что на Фрунзенской.
Холод пробежал по моей спине. Это, по всей видимости, и был тот самый врач, к которому меня так настойчиво пытался отправить любимый муженек.
— Я всё ему объяснила, — продолжала она. — Сказала, что ты девочка нервная, слабенькая и что нам нужен «результат» любой ценой. Он осмотрит тебя, а потом подготовит специальный курс. Сказал, что после его препаратов возможность зачать повысится на шестьдесят процентов. И не вздумай капризничать, Ксения. Это последний шанс сделать из тебя нормальную женщину.