Успокоилась она внезапно, когда начали поднимать ее спутника с земли.
И тот сел.
Сел, выпрямив спину и глядя в никуда пустыми серыми глазами.
После этого девушка как будто обмякла и позволила увести себя с поляны и усадить в повозку до форпоста.
И теперь категорически не хочет говорить ни о чем, кроме своего приятеля!
Тьфу!
Капрал еще раз взглянул на девушку, все так же сидевшую на стуле с ровной, как палка спиной. И махнул рукой.
— Дарт, Киш — отведите ее в камеру, я доложу командиру. И… покормите ее, что ли…
* * *
— Докладывает форпост номер тридцать четыре. Пересечение границы. Два нарушителя. На драконе. Да, на драконе. Нет, не нападение. Нет, не прорыв.
В терминах пограничной стражи «пересечение» — открытый переход границы нарушителем (а «проникновение» — переход тайный), «прорыв» — переход с применением оружия.
А нападение — оно нападение и есть. Это не нарушители, это начало войны.
— … требуется прибытие дознавателей из Первой канцелярии.
Пусть «кожаные» разбираются с этой ненормальной.
* * *
Алиона послушно поднялась со стула и пошла вслед за своими конвоирами. В конце концов, здесь никто не хочет рассказать ей о том, где Зай. А раз так — какая разница, где находится? А если он умер — то тем более, какая разница?
Интересное все-таки место.
Повозка, в которую ее погрузили после того, как все-таки смогли связать, привезла ее в крепость. Невысокие стены с узкими бойницами, сложенные из желтовато-серых каменных блоков, охватывали довольно-таки значительную площадь, внутри которой нашлось место и жилым домам, и казармам, и каким-то служебным зданиям, вроде конюшен, и внутреннему укреплению-донжону, в который ее, собственно, и привели, и деревьям и даже, кажется, были огороды.
Задержавшие ее пограничники на пограничников, как бы, и не походили. Они были до смешного похожи на Индиану Джонса: шляпы с полями и узкими бирюзовыми ленточками на тулье, куртки схожего покроя, хоть и не кожаные, а темно-зеленые, обветренные загорелые лица… Разве что кнутов ни у одного не было — зато были бухты веревок на поясах, которыми они ее скрутили так ловко, что ей вспомнилось смутно знакомое слово «шибари» — и вместо пистолетов — короткие мечи в ножнах. Впрочем, она успела рассмотреть, что мечи эти — точно такие же стреляющие, как у эльфов. Тоже верно: зачем людям нужно бросаться с голой сталью на выстрелы?
— Мест нет, — мрачно произнес солдат, стоявший у перегородившей коридор стальной решетки.
— Что значит — «нет»? — возмутился конвоир.
— Это то же самое, что «есть», только наоборот. Сегодня под утро привели семейство Коста.