Девушка двинула неожиданно тяжелыми руками и попыталась открыть глаза. Безуспешно.
— Очнулась, — констатировал до боли знакомый голос.
— Нет, — прошептала Алиона, — Я умерла.
— Не ври. Мертвые не шевелятся.
— И не потеют, — тело девушки просто плавало в горячем липком поту.
— И не потеют, — согласился Зай, — И глупостей не делают.
— А что я сделала? — глаза почему-то упорно не открывались.
— Ты⁈ — заорал юноша, которому вообще не требовалось особой причины для того, чтобы выйти из себя, — Ты, рыжая ду… дубина, надышалась запахом ненгурта! Для кого я сбивал язык о зубы, объясняя, что дышать нужно только через листья рафалоо⁈ А⁈
— Ты не говорил.
— Что?!! Ты еще и меня виноватым делаешь⁈ Брошу здесь, в лесу и пусть тебя медведи… это… сожрут! Да ты знаешь, что из-за тебя я теперь теряю время⁈ У меня каждая минута на счету, а ты…!!!
Неожиданно оказалось, что глаза не открывались только потому, что на них лежала мокрая тряпица. Которую Зай содрал резким рывком и со злостью швырнул об стену.
Алиона заморгала и огляделась. Они находились в крохотном помещении, без окон, освещаемом только огнем потрескивающего очага. Девушка лежала на чем-то мягком, укрытая грудой меховых одеял — а может, и просто выделанных шкур. Зай сидел на полу, обхватив голову руками, и молча смотрел на пламя.
— Мне жарко, — произнесла девушка.
Юноша, по прежнему ничего не говоря, протянул ей дымящуюся кружку с травяным отваром.
— А можно воды?
— Нет. Пей, что дают.
Алиона послушно выхлебала половину, прежде, чем горечь подсказала ей, что она пьет тирис. Отвар придал ей бодрости, достаточной для того, чтобы попробовать откинуть шкуры.
— Не вылезай, — проворчал Зай, все так же сидящий спиной.
— Мне жарко.
— А вылезешь — будет холодно. И стыдно.
— Почему?
— Потому что ты голая.
Алиона дернулась:
— Зачем ты меня раздел?
— Хороший вопрос. Зачем рыжая и ненормальная девица разделась догола и принялась бегать по берегу реки, ловя каких-то невидимых то ли птичек, то ли бабочек?
Девушка поняла, что жара, которую она испытывала до этого — ничто в сравнении с обжигающим стыдом.
— Я… — пролепетала Алиона, — Я вправду… разделась?
— Нет.
Чтобы осознать сказанное девушке понадобилась почти минута.
— Так это ты меня раздел⁈
— Нет.
— Тогда как я оказалась голой⁈
— Не ори на меня!!
— Я…
— Молчать!
Зай все-таки повернулся, взглянул на замолчавшую девушку и отвернулся обратно:
— Никак ты голой не оказывалась. Ты вообще в одежде.
Только в этот момент девушка осознала, что охотник не врет — она и в самом деле лежит под шкурами полностью одетая.
— Если надышишься запахом ненгурта, нужно лежать под теплыми одеялами, потеть и пить тирис. Иначе…