— Подожди, дай угадаю! — я усмехнулся. — Во вторую группу вы с Даней определили доносы, в которых сообщаются факты, порочащие сотрудников аналитического отдела?

— Именно так, — кивнул Карпов и добавил:

— Я бы назвал это сведением счетов. Пока преждевременно говорить кого с кем, но после анализа выясним. Однако уже сейчас могу сообщить, что идет какая-то внутри аппаратная игра. Насколько мне известно, раньше такие дела решал сам Андропов, почему же сейчас с ними не Цвигун разбирался, а спустили к нам?

— Даже не забивай этим голову, Андрей. Это я беру на себя, — отмахнулся я и, собрав доносы на «удиловцев», забрал их к себе в отдельную чистую папку.

— А здесь у нас что? — указал я на третью стопку.

— А здесь реальные сигналы о реальных делах, которыми я бы с интересом занялся. — сообщил Карпов. — Их немного, всего семь штук. Но с ними можно работать, причем вместе со следственным управлением и экономической контрразведкой Пятого управления.

— Вот этим и займешься. Но после того, как привезешь мне протокол беседы с Беспятовой.

— Разрешите выполнять? — Карпов встал.

— Выполняйте, — я посмотрел на часы. — Только сначала поешьте, а то обед мы с вами пропустили.

Даниил и Андрей вышли из кабинета. Я обдумывал ситуацию с папкой Цвигуна, и мне было абсолютно ясно, что его подчиненные в очередной раз перестарались, не понимая, что чрезмерным усердием подставляют своего шефа. Что ж, благими намерениями, как говорится… Из ситуации с доносами я выжму максимум пользы.

Открылась дверь и в кабинет влетел как всегда жизнерадостный Соколов, за ним чинно вошел Абылгазиев.

— Есть! Получилось! Сделали! — ростовчанин просто светился. — Я даже не стал ждать обеда. Сбегал к девочкам в отдел кадров, договорился. Они по телефону вызвали Митрохина и долго-долго сверяли его данные. А я просто стоял рядом и беседовал с другой барышней из кадров.

— С которой из трех? — состроив строгую мину и еле сдерживаясь, чтоб не рассмеяться, я положил перед ним донос на «развратные действия».

Пока Соколов увлекся чтением, повернулся к Абылгазиеву:

— Газиз, прошу тебя не медлить и как можно быстрее проявить пленку.

— Уже выполняю, Владимир Тимофеевич, — не задавая лишних вопросов, ответил Газик и быстро вышел.

Я повернулся к Соколову, который уже закончил читать. На лице его читались одновремено растерянность и возмущение.

— Капитан Соколов, — строго начал я. — Почему я только сейчас узнаю, что вы живете не в общежитии КГБ, а в какой-то коммуналке? Причем узнаю это из доноса! Почему не доложил сразу, что у тебя проблемы с жильем?