«Да заткнись ты уже, сам же себе яму роешь!», — подумал Рябенко, но промолчал, прекрасно понимая и состояние Леонида Ильича, и двусмысленность положения Цвигуна.

— Пока ознакомься с документами, как говорится, — Леонид Ильич кивнул на объяснительную Митрохина. — Потом пролистай тетрадку. Таких, со слов Владимира Тимофеевича, довольно много. И тут хочешь, можешь обижаться на меня, Семен… — Брежнев замолчал, конец фразы он прозвучал у него в голове: «Но я буду вынужден действовать по обстоятельствам».

Цвигун начал читать объяснительную Митрохина и по мере чтения краска отливала от его лица. Губы задрожали, он поднял на Леонида Ильича почти по-детски обиженный взгляд:

— Да как? Клевета все это… Ты ж, Леонид Ильич, не будешь этой клевете верить?

— Я-то, Семен, ни слову этого типа, за которого ты сейчас тут так шумно заступался, не верю. Но вот остальные… Хотя все зависит от того, как ты это объяснишь. Тетрадку-то полистай, — Брежнев откинулся на спинку стула, будто хотел увеличить расстояние между собой и другом. — У тебя под носом, в КГБ, сидит шпион, а ты об этом ни сном, ни духом? И Володе спасибо скажи, что он, прежде чем дать делу ход, приехал ко мне посоветоваться.

Открылась дверь и снова заглянул Богомолов. Круглое лицо прикрепленного было благодушным, свет ламп отражался на обширной лысине. «Сияющий человек», — невпопад подумал я.

— Леонид Ильич, прибыл Александров-Агентов и еще Константин Устинович Черненко, — доложил он.

— Пусть подождут. — Брежнев посмотрел на Цвигуна с жалостью. — Семен, ты пока иди домой. Завтра с утра приедешь, поговорим с глазу на глаз.

До Цвигуна, наконец-то, дошла вся серьезность сложившейся ситуации. На ватных ногах он пошел к двери, но остановился и, повернувшись, сказал:

— Так что, Леня, все — дружбе конец? — Махнул рукой и, не дожидаясь, пока Брежнев ему ответит, вышел за дверь.

Первым вошел Александров-Агентов с неизменной кожаной папкой в руках. Следом за ним в кабинет проскользнул Черненко, остановился и постарался восстановить дыхание. Но одышка не помешала ему окинуть испытывающим взглядом присутствующих.

У Константина Устиновича был просто невероятный нюх на аппаратные интриги. В отличии от того же Цвигуна, он уже понял ситуацию и просчитал возможное развитие.

— Леонид Ильич, кого будем рекомендовать исполняющим обязанности председателя КГБ? — Черненко сразу взял в руки инициативу.

— Я думаю, назначить на эту должность Вадима Николаевича Удилова, — ответил Брежнев и снова внимательно посмотрел на меня.

«А на тебя, Володя, у меня другие планы», — подумал он.