В спальне было темно и тихо. Я на цыпочках пробрался к своей стороне кровати. Одеяло было теплым. Я лег, стараясь дышать как можно тише, чтобы не потревожить жену. Завтра буду спать до восьми утра. В Заречье ехать к десяти, так что могу себе позволить немного поваляться в постели.

Светлана разбудила меня в половину девятого, после того, как проводила девочек в школу. Я подскочил и понесся в ванную комнату — бриться. Позавтракал тоже почти на бегу.

— Светлан, опаздываю, — чмокнул супругу в щеку.

Уже в прихожей, обуваясь, сказал:

— Свет, ты передай Тане мои поздравления с первым концертом, и передай, что на следующий обязательно приду.

— Да все нормально, мы же понимаем, — Светлана улыбнулась.

— Слушай, скоро у девочек каникулы. Может, вам съездить в Серпухов? Родители давно в гости зовут. И племянницу ни разу не видели. Как посмотришь на это?

— Девочки будут рады. Все-таки приключение, — Света улыбнулась. — Сегодня опять поздно придешь?

— Свет, вот честное слово, не знаю, — я обнял жену. — Ну все, побежал. Опаздываю.

И я быстро вышел за дверь.

Скоро уже гнал в Заречье, радуясь, что дороги после вчерашнего снегопада расчистили.

Приехав на Госдачу, не сразу прошел в кабинет Брежнева. Сначала заглянул к Александрову-Агентову.

— Как чувствует себя Леонид Ильич? — поинтересовался у него.

— Хорошо. Но перепугал нас. Идите, он ждет вас. Удилов уже там полчаса, отчитывается. — ответил Андрей Михайлович.

Я тут же отправился к Брежневу.

Генсек выглядел бодро, даже не скажешь, что недавно прихватило сердце. Напротив него сидел Удилов. Когда я вошел, он обернулся и кивком поздоровался со мной.

— А, Володя, только тебя и ждем, — поприветствовал Леонид Ильич. — И Агеев задерживается.

Агеев появился в кабинете следом за мной.

Брежнев посмотрел на большие напольные часы и усмехнулся:

— Вы как всегда пунктуальны, Гений Евгеньич, десять ноль-ноль. Минута в минуту. Вот расскажите, как вам это удается?

— Все просто, Леонид Ильич, я никогда не тороплюсь, поэтому никуда не опаздываю, — ответил парторг Комитета.

Гений Евгеньевич протянул мне руку, я пожал, отметив, что ладонь мягкая, ногти ухоженные, и вообще генерал-майор следит за собой. Одеколон приятный, едва уловимый, но когда Агеев прошел к столу, за ним потянулся шлейф неуловимого аромата. Я прошел следом и устроился напротив Агеева.

Парторг тщательно причесан, даже прилизан. Большие залысины надо лбом, очки на длинном носу, на полных губах играет улыбка. Приятный человек, если дело не касается работы. Я слышал, что когда-то его перевели с должности начальника КГБ Иркутской области в центральный аппарат КГБ, бросив на кадры. С семьдесят четвертого года Агеев — бессменный секретарь парткома.