Мы свернули и встали на стоянку недалеко от Арбатской площади. Удивительно, что здесь, в самом центре, нашлось место для парковки. Да уж, не двадцать первый век. Пешком дошли до угла дома, в котором располагался вход в знаменитый ресторан.

Дворник неторопливо смахивал со ступеней свежий снег и переговаривался со швейцаром. Я думал, что сейчас придется тыкать под нос швейцару корочки, но, к моему удивлению, тот узнал Лешека и с полупоклоном пропустил нас.

— Частый гость здесь? — спросил я. — Зарплата позволяет?

— Не сказать, что частый, но иногда захожу. В том числе и по работе приходилось… — неопределенно ответил Лешек, деликатно умолчав о зарплате.

Внутри пахло вкусной едой, дорогим одеколоном и, совсем немножко, табачным дымом. В гардеробе нас встретила полная пожилая женщина. Забрала верхнюю одежду и унесла куда-то вглубь помещения. Через минуту вернулась и выдала нам номерки.

Появившийся словно из ниоткуда метрдотель вежливо поздоровался и провел нас мимо главного зала к отдельным кабинкам для гостей, желающих тишины и конфиденциальности. Там висели плотные гардины, защищавшие от света и шума, и стояли настоящие пальмы в кадках.

— Прошу, — сказал метрдотель, указав наше место.

Почти сразу появился официант. Мягкие движения, странный голос и холеная рожа вызывали подозрения по поводу его половой ориентации. Но меня это никак не касалось и я, сдержавшись, проигнорировал этот момент. А вот Лешек не удержался и с хитрой улыбкой спросил у официанта:

— Что, товарищ, żeby życie miało smaczek — raz dziewczynka, raz chłopaczek?

— Что, простите? — ничего не поняв, спросил официант, изобразив вежливое внимание.

— Не важно, — отмахнулся Лешек. — Принесите нам чай. И, разумеется, ваше знаменитое «Птичье молоко».

Официант на секунду растерялся.

— К великому сожалению, «Птичье молоко» только что закончился. Разошелся под вечер, — произнес он настолько виновато, что казалось вот-вот расплачется. — Мы ждали дополнительную партию к восемнадцати часам, но машина задерживается…

— Ну вот видишь, Володимир, я же говорил, что нужно было брать водку! — рассмеялся Лешек. — Тогда, пане, принесите нам то, чем «Прага» не ударит в лицо.

— Лицом в грязь… — машинально поправил я польского коллегу.

— Да-да, в грязь, — снова засмеялся Лешек. — Что у вас сегодня самое-самое? Что посоветуете?

— Мой друг не водку имеет в виду, — на всякий случай уточнил я. — Порекомендуйте кондитерские изделия.

— Рекомендую нашу «Прагу» классическую. Еще имеется торт дня «Нежность». И сегодня особенно хорош штрудель с теплыми яблоками. К штруделю подаем ванильный соус. Если товарищи пожелают, приготовим кофе по‑венски.