— А на кой-мне что-то прятать? У меня репутация отбитого голубя и я стараюсь её придерживаться!

— Репутация у него, — фыркнула Лиса в ладонь, но взгляд при этом был ласковый, как у младшей сестры, которая ругается на старшего брата, но на самом деле им гордится.

Сизый довольно хмыкнул в ответ, и они стукнулись кулаками с таким серьёзным видом, будто только что подписали союзный договор между двумя великими державами.

Лиса шевельнула кистью ещё раз, и стилет так же бесследно исчез. Куда — я снова не отследил. Она спокойно сложила руки на столе и посмотрела на меня так, будто вопрос был закрыт и можно ехать дальше.

Я выдохнул.

— Ну хорошо. Только будь осторожнее…

— Конечно, буду. — Она склонила голову набок и добавила с самой невинной интонацией, на какую была способна: — И обещаю, что приду домой не позже полуночи. И даже трезвая…

Сизый наконец не выдержал и заржал в голос. Надежда за прилавком тоже сдалась, тихо фыркнула и махнула рукой, мол, всё, я ничего не слышу, разбирайтесь сами.

Я посмотрел на Лису долгим взглядом, в котором честно постарался уместить всё, что думаю о её чувстве юмора. Лиса в ответ невинно похлопала ресничками — точно так же, как собиралась хлопать перед Петькой Жирным.

— Ну ладно. Что со сроками?

— Думаю, за три-четыре дня справлюсь. Надо будет с торгашами поговорить насчёт амулета, и сделать это ненавязчиво. Так, чтобы они ничего не заподозрили. Так что раньше, увы, не успею.

— Меня такие сроки устраивают.

Лиса кивнула сама себе, упёрлась ладонями в стол и уже собралась было подниматься, как я остановил её:

— Погоди. У меня к тебе будет ещё одно поручение.

Лиса посмотрела на меня с прищуром.

— Хотите узнать, всё ли в порядке с вашим братцем?

Я моргнул и медленно перевёл на неё взгляд.

— Да откуда ты…

— Ой, ну тоже мне тайна. — Лиса откинулась на спинку стула и сложила руки на столе. — Во-первых, в Сечи ни для кого не секрет, что вы с младшим братом друг друга терпеть не можете. Во-вторых, ночью кто-то напал на резиденцию коменданта, и весь город с утра только об этом и говорит. Никто пока толком не знает, кто, зачем, чего хотели, но что Феликс с Алисой в это время были в резиденции, — об этом к утру знала каждая собака. Я вот когда услышала, так и подумала: господин точно поинтересуется здоровьем родственничка. И, как видите, угадало.

В печке у Надежды что-то коротко стрельнуло, выкинув из дверки сноп искр. Надежда машинально оглянулась, зацепила кочергой выпавший уголёк и закатила его обратно, не прерывая своего шуршания за прилавком. Лиса проводила уголёк глазами и продолжила в той же ровной интонации, с какой только что меня раскладывала: