КП 1-й армейской группы, полдень 20 августа

Штабная землянка гудела, как растревоженный улей. Воздух был спертым, пропитанным запахом пота, пыли и крепкого табака. Связисты кричали в телефоны, командиры из оперативного отдела сдвигали и раздвигали флажки на карте, отражая стремительно менявшуюся обстановку.

Я стоял в центре этого хаоса, стараясь сохранять внешнее спокойствие. Первые донесения были обнадеживающими: на северном участке группа Афанасьева, ломая ожесточенное сопротивление, углубилась в оборону противника на четыре— пять километров. Однако на юге ситуация оставалась критической. Танки Яковлева, даже при поддержке авиации Смушкевича, все еще не могли прорвать японскую оборону. Они увязли в бою, неся потери.

— Яковлев докладывает: «Продвижения нет. Противник контратакует при поддержке танков. Несу тяжелые потери», — доложил мне начальник связи, его голос срывался от напряжения.

Я чувствовал, как по мне бьют. Весь мой замысел, весь план двойного охвата, мог рухнуть из-за одного упрямого узла сопротивления на юге. Если «клещи» не сомкнутся, японское командование получит возможность маневрировать резервами и методично перемалывать наши вклинившиеся части.

Я подошел к карте. Синяя стрела южной группы упиралась в густую сеть красных линий — укрепленные позиции японцев.

— Кущев! — крикнул я. — Какие резервы у нас остались на этом направлении?

— Только один стрелковый полк, товарищ комдив! Вот только — это последнее, что у нас есть!

Ввод последнего резерва — это риск. Страшный риск, но иного выхода не было.

— Приказываю… — начал я, но меня перебил Конев. Он подошел ко мне с новым листком радиоперехвата.

— Георгий Константинович! Перехвачена шифровка из штаба японской 23-й дивизии! Они отменяют переброску своего резервного полка на южный участок! Приказывают ему оставаться на месте!

Я выхватил листок из его рук. Такого поворота я не ожидал. Почему? Что заставило их передумать? Этот резервный полк как раз и был тем тараном, который мог окончательно остановить Яковлева.

— Откуда эти сведения? — резко спросил я. — Надежны?

— Абсолютно! — уверенно сказал Конев. — Источник… — он слегка понизил голос, — наш новый актив. Тот самый, что работает с шифрами.

«Танака», — мелькнуло у меня в голове. Значит, его работа уже приносит плоды. Ценой его предательства мы получили бесценный глоток воздуха. Я тут же переиграл ситуацию в уме. Без этого полка японцы на юге лишались последнего серьезного резерва. Их оборона там держалась на пределе.

— Отменить приказ о вводе последнего резерва! — скомандовал я Кущеву. — Передать Яковлеву: «Противник лишился резервов. Давите! Прорыв обеспечит успех всего наступления!»