— Здравствуйте, господин генерал, — сказал адмирал по-русски. Акцент чувствовался, но говорил он чисто. — Рад видеть вас живым и здоровым.

Я кивнул. Это был Канарис, которого я помнил по фотографиям, виденным мною еще в прошлой жизни. Разумеется, немцы могли подобрать какого-нибудь актера и загримировать его под главу Абвера, но зачем?

— Вы хотели со мною встретиться?

Адмирал кивнул.

— Я хочу предложить вам мир. Не капитуляцию Германии, а остановку военных действий. На условиях…

— Каких еще условиях? — перебил его я.

— Вы останавливаете наступление. Мы отводим войска на свои исходные позиции. Вы — на свои. В награду мы передадим вам передовые немецкие технологии.

Я усмехнулся.

— Адмирал, вы предлагаете мне поверить вам на слово? Гитлер не отведет войска. Он будет воевать до последнего солдата.

— Гитлера не будет, — тихо сказал Канарис. — Армия…

— Что — армия? — перебил его я. — Армия его поддерживает. Ваши генералы боятся его больше, чем нас. Вы сами это знаете.

Глава Абвера промолчал.

— Вы хотите мира, — продолжал я. — Хорошо. Я тоже не хочу, чтобы гибли мои бойцы, но останавливаться не буду. Немецким войскам нечего делать на советской земле.

— Что же вы предлагаете?

— От вас должны последовать не обещания, а конкретные действия, — ответил я. — Вы говорите, что Гитлер скоро уйдет. Хорошо. Действуйте. Однако, в конечном счете, это внутреннее дело Германии. Если вы действительно хотите остановить войну, так передайте мне подробную схему дислокации немецких войск под Ленинградом, здесь, в Белоруссии и на Юго-Западном направлении. Назовите имена ваших агентов в нашем тылу. Прикажите вашим диверсантам прекратить операции.

Адмирал поджал губы.

— Но это же…

— Это то, что нужно нам, — сказал я. — Не обещания мира через год, не технологии, которых у нас и так хватит, а действия, которые помогут нашим войскам сейчас.

— Я не могу…

— Можете, — перебил я. — Если хотите мира. Если нет — продолжайте войну. Я не остановлю наступление. Я пойду дальше.

Канарис молчал. Потом спросил:

— Что будет, если я соглашусь?

— Наладите канал связи с нашими органами внешней разведки и дальше посмотрим.

— А что мне дадите вы?

— Компромат на Мюллера, который, похоже, претендует на роль следующего канцлера Германии.

Адмирал посмотрел на меня долгим взглядом. Потом кивнул:

— Хорошо. Я подумаю.

Он повернулся и пошел к полю, на котором маячил силуэт самолета. Я смотрел ему вслед, покуда «Шторьх» не поднялся в воздух. Разворачиваясь над руинами водонапорной башни, тот покачал крыльями, словно прощаясь.

— Георгий Константинович, — обратился ко мне Грибник, который присоединился ко мне, едва глава Абвера отбыл. — Есть интересные новости.