— Представляю, — ответил тот. — Мне интересно другое. Зачем шеф Гестапо приперся на этот аэродром?

Канарис усмехнулся.

— Он прилетел, чтобы выслужиться перед фюрером, — ответил он. — А на аэродроме меня держал, чтобы подготовить себе триумфальное возвращение в Берлин. Поздравляю вас, вы заполучили главного палача Рейха.

Мюллер, хоть и не знал русского языка, не считая нескольких матерных слов, которые запомнил еще с времен своей службы в полиции, догадался, что разговор идет о нем и что-то промычал сквозь кляп, но его никто не слушал.

Самолет шел на восток. Через несколько часов они будут в Варшаве, а оттуда обоих переправят в Москву, на Лубянку. Обоих ждут следователи, которые умеют развязывать языки даже таким, как шеф Гестапо. Вот только у адмирала был шанс на снисхождение.

Грибник сел напротив бывшего главы Абвера.

— Адмирал, — сказал он. — Вы работали на нас и мы это ценим. Теперь ваша судьба зависит от того, насколько полезной будет информация, которую вы предоставите.

— Я понимаю, — кивнул тот. — И готов сотрудничать. В отличие от моего коллеги по плену, — он кивнул в сторону Мюллера, — я не питаю иллюзий. Германия проиграла. И чем быстрее мы это признаем, тем меньше крови прольется.

Мюллер, который задницей чувствовал, что проклятый Канарис может попытаться выторговать себе лучшие условия, забился, пытаясь выкрикнуть что-то, но бойцы прижали его к переборке, как санитары — умалишенного.

Варшава, штаб Западного фронта. 17 октября 1941 года.

— Товарищ командующий, разрешите доложить, — услышал я голос Грибника.

Поднял голову от карты, на которой прочерчивал маршруты 61-й и 47-й армий к Познани. Начальник особого оперативного отдела вошел в кабинет живой и здоровый. Мне уже доложили, что «Ли-2» с десантной группой вернулся

— Докладывайте, — ответил я, откладывая карандаш.

— Приказ выполнен. Объект доставлен. Вернее — два объекта.

— Два? — искренне удивился я. — Кто второй?

Грибник приотворил дверь и крикнул, чтобы привели пленного. Красноармеец ввел коренастого, плотного, с тяжелым взглядом исподлобья, мятым лицом и сжатыми губами немца. На скуле — ссадина, пиджак разорван на плече, но руки свободны.

Я узнал его не сразу. Лично никогда не видел, лишь по фотографиям в Интернете, но это было в прошлой жизни. Надо сказать, что на актера Броневого, исполнившего роль этого господина в знаменитом сериале, пленный не был похож вовсе.

— Вот это сюрприз, — сказал я, вставая из-за стола. — Поздравляю, товарищ Грибник. Вертите в кителе дырку под орден.

— Служу Советскому Союзу, товарищ командующий, — ответил майор госбезопасности, пряча улыбку.