Её команда предсказуемо строит всю стратегию вокруг неё, выкатывая Ван Хельсинга вперед.
Но я ломаю им всю малину.
Я объявляю на Мираж личную охоту. Напрочь забиваю на стандартные тактические заготовки наших аналитиков, бросаю свою позицию и начинаю преследовать её персонажа по всей карте.
– Она моя, – командую я парням. – Идите зачищайте карту, я беру её на себя.
Я агрессивно прессую Яну, перекрываю все привычные ходы и нагло выбиваю её из каждого раунда, не давая сделать ни единого нормального и полезного для команды действия. Пытаюсь поймать её реакцию, периодически глядя на неё через стекло, но Яна упорно смотрит в свой монитор, судорожно кликает мышкой и пытается выжить под моим натиском.
Она не смотрит на меня. Вообще. Борется до последнего, но её тактика сыпется, потому что я не даю ей дышать.
В наушниках начинается ад и крики:
– Капитан, ты чё творишь! – орет Антон, пока его танк принимает на себя весь урон на центральной линии. – Нас сейчас обойдут с фланга! Оставь её уже, она точно морально уничтожена тобой! Нам помощь нужна!
Я его почти не слышу. Мой персонаж, Тори-сан, настигает Ван Хельсинга у самого края карты. Я снова навязываю Яне жесткий ближний бой, выбивая из неё оставшиеся очки здоровья уже в который раз. Она пытается разорвать дистанцию, но я буквально вжимаю её в каменную стену, перекрывая любой путь к отступлению.
– Помоги нам, хватит за ней бегать! Их стрелок хуярит нашу башню! – срывается на крик Кир, судорожно раскидывая исцеляющие заклинания во все стороны.
– Бля, Марк! Трон упадет! – орёт Адиль, отбиваясь от капитана «Прайм». – Ты где там застрял?!
– Делайте, как я говорю, – рычу я, даже не глядя на мини-карту.
Сердце колотится где-то в горле, а к глазам подступают горячие, жгучие слёзы. Я до боли прикусываю губу, изо всех сил стараясь не разрыдаться прямо в кабинке под прицелом десятка камер.
Проиграли. Мы проиграли этот чертов финал, к которому шли последние месяцы.
Но обиднее всего то, как мы проиграли. Внутри меня буквально трясет от бессильной ярости.
Марк… Этот заносчивый гад просто не дал мне сыграть! Он словно с цепи сорвался. Вместо того чтобы вести свою команду, он как одержимый преследовал меня по всей карте, читал каждое микродвижение и будто заглядывал в мои мысли.
Он уничтожил мою первую большую игру, растоптал всю нашу стратегию, превратив финал в личную вендетту.
А Марк ухмыляется, довольный победой. Но едва мы пересекаемся взглядами, его глаза становятся жгучими, а комментаторы вопят:
– Как же Фантом смотрит на Мираж! Его взгляд словно кричит: «Не зазнавайся, новенькая, я тебя сделал!». Но стратегия, конечно, сомнительная: прицельно гоняться только за ней и бросить команду…