Рано утром Якоб выехал и вот он уже около заветного камня. Вот только камень-то немаленький, в три обхвата. А старый Ганс позабыл уточнить, где именно около камня спрятаны деньги. Придется искать наугад…
Лопата воткнулась в землю.
— Доброе утро, парень, — окликнул Якоба проезжавший мимо крестьянин. Его волы остановились и завистливо посмотрели на пощипывающих на обочине травку волов Якоба.
— Доброе утро, уважаемый.
— Это зачем же ты камень-то обкапываешь? Думаешь, лучше расти будет?
— Да нет, — Якоб взглянул на глубокую канавку, окружившую валун уже на половину окружности, — Хочу обкопать, да домой отвезти.
— Ишь ты. Это зачем же?
— Так на расплод. У меня, видишь ты, только самки, а тут смотри, — парень хлопнул по теплому боку, — настоящий самец.
— Ты уверен? — прищурился крестьянин.–
— Уверен, уверен. Точно, самец.
— Ну, смотри. Куда хоть за расплодом приезжать?
— В Черный Холм.
— А, знаю, знаю. Дальше по дороге. Ты кто будешь?
— Якоб. Сын старого Ганса…
— Мельника, что ли? Знаю, знаю. Как он там?
— Вчера схоронили.
— Жаль, жаль… Хороший был человек, хороший… Ну, давай, копай. Бог тебе в помощь.
— Спасибо, уважаемый.
Якоб повернулся к камню…
— Кар! — сказал огромный черный ворон, нахально усевшийся прямо на «самца».
— А ну кыш, красное с зеленым!
Птица улетела. Якоб бросил ему вслед комок земли и продолжил копать.
— Уф…
Канавка вокруг валуна замкнулась. Денег не было. Или отец что-то напутал. Или деньги кто-то нашел. Или…
— Черное по желтому с лиловым…
Увидеть ворона было очень плохой приметой. Конечно, если бросить в его сторону землю, то примета не сработает. Он же бросил… Может, что-то не то? Вроде и день сегодня не постный, когда в ворона положено бросать не землей, а камнем… Или постный?
Якоб принялся было высчитывать дни — хотя когда это крестьянин путал их? — как вдруг ему вспомнились точные слова: «…Под камнем у дороги закопаны…». Не У камня, а ПОД камнем.
Вот болван.
Якоб поудобнее обхватил камень, крякнул, чуть приподнял…
— Эй ты, зелень красная!
Парень опустил камень на место и медленно повернулся. Неужели топот копыт за спиной не показался?
Конь — скотина дорогая, и по карману только дворянам. А крестьянину с дворянином встречаться совсем ни к чему. Правда, если ворон не был плохой приметой, то это мог оказаться и обеспеченный горожанин…
Не оказался. Ворон, чернота синяя с красным… Подгадил все-таки…
Рядом с повозкой Якоба на лохматой соловой лошади восседал дворянин. Пусть одеждой он не очень отличался от самого Якоба, видно бедный был, а сапоги, уверенно упиравшиеся в стремена, были и вовсе точными копиями Якобовых — если отвернуть голенище, там точно можно найти маленького черного гномика — клеймо мастера Шумахера из Штайнца. Одежда — не главное…