Я покосился вправо, где Игнат, такой же стажер, как и я, записывал за купцом Леонтием Михайловым. У купца погорели склады, и тот обещал золотой дождь — в хорошем смысле этого слова — если поджигатели найдутся. Игнат кивал и твердо обещал. Я посмотрел на деревянную птицу, вырезанную для украшения на стене за его спиной, и хихикнул. Этот птах мне всегда глухаря напоминал…
Живот печально уркнул, намекая, что из-за вредины-Аглашки я так и не купил пирожков в торговых рядах. Ладно, сейчас, если больше никто не придет, все равно в Китай-город идти, по людям, там и схвачу…
На стол передо мной легли два аппетитно пахнущих пирожка с золотистой корочкой.
— С чем? — проглотил я слюну.
— С крапивой, — ответила Анастасия.
Тоже из нас, из младших подьячих, моя ровесница. В здешней Руси, с учетом наличия волшебства и Слов, женщины чем-то второсортным не считались, и дела купеческие вели и на службу поступали, а те, кто смог, к примеру, Огненное или Железное Слово выучить — тех и в войско взять не гнушались. Правда, некоторое снисходительное отношение все равно присутствовало, но, скорее, как у наших кадровиков «Все равно замуж выскочишь, потом забеременеешь, потом с детьми на больничном сидеть будешь — никакого толка от тебя».
Анастасия меня иногда подкармливает, вот так. Мне даже кажется, что она имеет на меня виды, в плане возможного замужества: она девчонка серьезная и вдумчивая. Даже кажется, намеки были. Но, как-то, до сих пор… не спрашивал я ее об этом… Нет, не потому, что я не знаю, как разговаривать с девушками, у меня были девушки (две), просто…
Она, конечно, симпатичная: волосы цвета меди, убраны под шапочку с небольшим кокошником, фигурка под сарафаном зеленого корпоративного цвета, такая… складная такая… Носик маленький, с веснушками… Очки, большие, круглые, в темной медной оправе, здесь многие очки носят, ну, по крайней мере, по сравнению с моим прежним представление о Руси 17 века… Серьезная, опять же, на службе ее хвалят… Но… Мне больше нравятся другие девушки, такие… пухленькие, да. Точно — пухленькие. Поэтому я с ней никогда и не заигрывал. А вовсе не потому что я не умею разговаривать с девушками.
— Спаси тебя Бог, Анастасия, — тихо произнес я, впиваясь зубами в пирожок. Мм, и вправду с крапивой и сыром. Между прочим — очень вкусно, ничего вы не понимаете.
Анастасия отошла от моего места — мне показалось или она как-то недовольно посмотрела на меня сквозь очки? Наверное, отблеск какой-то на стекле… — я затрепал оба пирожка…
И в этот момент все встали.
Я тоже вскочил. Потому что такая синхронность говорила только об одном.