В субботу утром, натянув на глаза темные очки, я поехала в частную лабораторию. Девушка-администратор, оформляя мой внушительный список анализов на все мыслимые инфекции, смотрела на меня с легким сочувствием. Я же мысленно подсчитывала, какую брешь в моем бюджете пробила инфантильность мужа. К счастью, результаты, пришедшие на электронную почту в воскресенье вечером, оказались кристально чистыми. Я выдохнула с таким облегчением, что едва не расплакалась.

В понедельник на работу я пришла с четким планом и написанным заявлением на отпуск с последующим увольнением. Терпеть перешептывания за спиной и случайно сталкиваться с Витей в коридорах я не собиралась. У меня накопилось почти сорок дней неиспользованного отпуска – хватит, чтобы спокойно перевернуть эту страницу.

Заведующая отделением долго вздыхала, пила корвалол и уговаривала меня остаться, но против моего упрямства у нее не было аргументов.

А уже во вторник утром мой телефон высветил незнакомый номер. Звонили из отдела кадров того самого нового Областного педиатрического центра. Мое резюме, отправленное в субботу ночью под бокал красного сухого, попало точно в цель. Меня приглашали на собеседование.

В среду без десяти минут десять я стояла перед огромным зданием новой больницы. Центр выглядел так, словно его телепортировали сюда прямиком из будущего. Никаких облупленных стен и унылых регистратур. Просторный холл, залитый светом, электронная очередь, улыбающиеся администраторы и идеальная чистота. Мой внутренний врач-перфекционист радостно потер руки.

Кабинет главного врача находился на последнем, административном этаже. Секретарь, строгая дама в очках, кивнула мне на массивную дверь.

— Проходите, Ольга Николаевна. Александр Дмитриевич вас ожидает.

Я поправила воротник строгой белой блузки, мысленно приказала пульсу замедлиться и толкнула дверь.

Кабинет оказался под стать клинике – просторный, современный, без лишней помпезности. За массивным столом сидел мужчина и что-то быстро писал в документах.

— Проходите, присаживайтесь, — произнес он глубоким баритоном, не поднимая головы.

Я опустилась в кожаное кресло для посетителей, получив возможность рассмотреть своего потенциального начальника. Александр Медведев не был похож на типичного кабинетного функционера.

Широкие плечи, темные, чуть тронутые сединой волосы, упрямая линия подбородка и закатанные рукава рубашки, обнажающие крепкие предплечья. От него исходила аура спокойной, уверенной в себе власти. Человек, который привык отдавать приказы и не привык слышать слово «нет».