— Девушка под взбитыми сливками. Взболтать, но не смешивать.
Лежать в горячей ванне было неописуемо приятно. Алиона погрузилась глубже, так, что над поверхностью мыльной пены осталось только одно лицо и закрыла глаза, наслаждаясь…
Короткий стук.
— Огонек, к тебе можно?
— Да, — ответила Алиона раньше, чем поняла, ЧТО она сказала.
Она только что позволила молодому человеку войти туда, где она находится обнаженная, совершенно без одежды! Пусть под этой пеной и при тусклом свете цветка Зай ничего не сможет рассмотреть — она ведь знает, что на ней ничего нет. И при этом в душе не ворохнулось ничего: ни страха, ни скромности, ни стыда, ни совести. Вернее, совесть что-то попыталась пробормотать, но очень тихо и неубедительно. Гораздо более сильным было… сожаление⁈
Зай проскользнул внутрь, аккуратно прикрыл дверь и сел на край ванны, спиной к девушке. Алиона, чувствуя себя ужасно развратной, смотрела на его голую спину.
Так вот как она теперь будет выглядеть… Мыло дядьки Грока выкрасило кожу Зая в темно-коричневый цвет глубокого загара, только чуть-чуть не дотягивающий до кожи мулата. Волосы Зая и без того были черными, но сама Алиона должна теперь стать похожа на цыганку. Она как-то хотела покрасить волосы, но мама запретила, мол, бледная, да еще с черными волосами, будешь вылитая покойница. Тогда Алиона сильно расстроилась…
Господи, какими смешными кажутся земные воспоминания! Мама запретила покрасить волосы! Да если эльфы ее поймают, они запретят ей жить!
Взгляд тем временем проскользил по темной спине, с цепочкой позвонков и трогательно торчащими лопатками — божечки, какой же он худой! — и наткнулся… На бинты. Зай успел забинтовать свою руку до самого плеча и даже дальше. Бинты обвили руку, плечо, и зашли на шею. Похоже, Грок был прав: отрава медленно, но верно ползла по телу…
— Я у тебя посижу немножко, — нарушил молчание Зай, — а то дядька там угли разжигает.
— Зачем⁈
— Пытать меня будет.
— Я думала, он пошутил!!
— А он тоже так пошутил?
Алиона ткнула его кулаком в спину, оставив пару хлопьев пены стекать вниз:
— Вы точно родственники!
— Конечно, — ответил Зай не оборачиваясь, но, судя по голосу, улыбаясь.
— Зай, — требовательно спросила Алиона — а почему ты на меня не смотришь?
И удовлетворенно увидела, как бесцеремонный и наглый Зай… Смутился!
— Потому что, — немного запинаясь, выговорил юноша, — на тебе нет одежды.
— Тебя это беспокоит? — хихикнула Алиона.
— Нисколько, — заверил Зай, по прежнему не оборачиваясь.
— А если я попрошу посмотреть на меня?
— Попроси.
— Прошу.
— Что просишь?