— А теперь все-таки все по домам и чтобы выспались. Завтра со свежими головами к восьми утра быть на работе. Андрей, — обратился к Карпову, — дай мне папку с теми сигналами, которые ты отобрал для работы.

Карпов молча подал мне папку. Когда мои сотрудники попрощались и, наконец-то, отправились по домам, я сделал себе еще кофе. С кружкой в одной руке и папкой Карпова в другой, прошел в свой кабинет.

Внимательно просмотрел и обращения, и документы, которые к ним прилагались. В основном это были сигналы о «жизни не по средствам». Я хмыкнул, увидев фамилию, знакомую мне по гуляевской реальности. Пусть не прямо, косвенно, этот персонаж станет причиной многих бед в будущем. Но сейчас он вполне себе перспективный хозяйственник, честный руководитель и верный ленинец. Сигнал, конечно, проверим, но наказывать за несовершенные преступления — это тоже преступление. Однако познакомиться с «товарищем» поближе стоит. И желательно лично. И потом, дыма без огня не бывает, так что посмотрим, что удастся выяснить.

УСБ обязательно займется этим персонажем, но позже, после того, как мы разберемся с делом архивной крысы.

Про Митрохина я вспомнил очень вовремя, если бы не это дело, УСБ потонуло бы в анонимках — Цвигун бы обеспечил нам такой «фронт работ», что вряд ли осталось бы время на что-то другое. Но здесь он просчитался. Впрочем, Семен Кузьмич никогда не отличался дальновидностью.

Теперь исполняющим обязанности, а, учитывая сжатые сроки до пленума, и председателем КГБ станет Удилов. В любом случае, как бы не развивалась ситуация, государственная безопасность будет в надежных руках. В руках человека, которому наплевать на должности и звания, который не плетет интриг, одного из немногих, кого можно назвать настоящим чекистом.

Какие планы на меня у Брежнева? Учитывая, что на встречу через два дня он пригласил Гения Евгеньевича, скорее всего предстоит продвижение по партийной линии. Что ж, это не плохо.

Агеев — человек, которого я часто видел на партийных собраниях, но так получилось, что мы с ним даже не разговаривали толком. Когда я был телохранителем Брежнева, я практически не бывал на Лубянке. Очень редко, и только если вызывали к высшему руководству. Зарплату получал тоже в Кремле. В кассу мы не ходили, в очередях не стояли. Деньги нам приносили на рабочее место, в конвертах, расписывались в ведомости — и все.

Позже, когда стал начальником УСБ, мне было не до парткома.

А ведь Агеев Гений Евгеньевич — человек, который в моей прошлой жизни пожертвовал всем ради сохранения Советского Союза. По поручению Крючкова он обеспечивал изоляцию Горбачева на Форосе. Позже его уволили из КГБ и возбудили дело. Обязательно надо поближе познакомиться с этим человеком.