Я попросил всех сесть. Даня с Газизом расположились на кушетке, Андрей Соколов опустился на стул. Отодвинув часть бумаг в сторону, я поставил на стол магнитофон и нажал клавишу пуска. Зажужжала лента, и в тишине раздался хриплый голос Краскова.

— Я… майор Красков Павел Сергеевич… являясь штатным сотрудником Первого отдела Пятого управления КГБ СССР… хочу заявить…

Он говорил медленно, делая паузы, будто каждое слово давалось с усилием. Иногда дыхание сбивалось, проскакивал сдавленный всхлип.

— Моя основная работа… состояла в курировании советских научно-исследовательских институтов. В тысяча девятьсот семьдесят пятом… точную дату уже не помню… состоялась моя личная встреча с зам начальника Пятого управления, Маркеловым Иваном Алексеевичем. Он сообщил… что мне придётся участвовать в совместной операции нашего управления и контрразведчиков из Первого.

Красков закашлялся, сглотнул. Послышался какой-то стук и звяканье сетки кровати, будто он ворочался или пытался сесть.

— Ни в какие подробности меня не посвящали, не тот уровень. Подозревал, что дело касалось иностранных шпионов, затесавшихся в научные круги Польской Народной Республики. Но больше ничего не знал. Мне показалось, что меня потому и пригласили — учитывая мой опыт работы с НИИ. Если бы понадобилось принять участие в какой-либо международной научной конференции, моя фамилия не вызвала бы особых подозрений, так как иногда уже мелькала в отечественных научных журналах и материалах конференций в качестве «соавтора» отдельных работ…

Красков закашлялся, потом продолжил:

— Ладно, я отвлекся… В общем, оказалось, что мой опыт с НИИ не понадобился. Работа заключалась всего лишь в курьерской доставке особых пакетов. О содержимом я ничего не знал. Более того, первые пару раз… мне показалось, что меня проверяли… Доставка явно была пустышкой. Я довольно поздно понял, что речь шла о собственной ядерной программе поляков… — пауза, тяжёлое дыхание. — Но операция никак не заканчивалась. Это меня беспокоило, конечно, ведь в последнее время мне и самому пришлось добывать определенные сведения…

— Вас не смутило, что руководство приказывает добывать секретные сведения для передачи пусть и дружественному, но иностранному государству? — впервые на записи прозвучал голос Газиза.

— Не просто смутило, я ведь даже задавал такой вопрос, прежде чем выполнять приказ! — голос Краскова сорвался на крик, затем внезапно стих, послышались всхлипы и шум дыхания. — Мне объяснили, что все согласовано на самом верху. Советское руководство не планирует мешать полякам, а собирается курировать их программу. Понимаете? Курировать!