Так что это пока лишь показуха с целью обозначить свое присутствие на европейском театре военных действий. Помочь Англии в ее борьбе с кригсмарине и люфтваффе американцы могут, тем более, что им теперь нет нужды использовать флот для борьбы с япошками.

А вот на континенте они нам не соперники. К сожалению, это понимаем не только мы, но и фрицы. Посему, после, скорее демонстрационного, нежели действительно опасного для нас похода на Ленинград, немецкий флот начнет действовать против американцев и англичан.

А вот на суше Гитлер бросит все силы против нас. И после нынешнего нашего наступления в Белоруссии, Прибалтике и Польше, мы можем столкнуться со все ужесточающимся сопротивлением вермахта.

— Запишите, зашифруйте и отправьте в ставку следующее, — сказал я. — Наступление продолжается, но необходимо регулярное пополнение личного состава, материально-технической базы и боеприпасов. Кроме того, считаю необходимым усилить давление на противника на юго-западном направлении. В связи с чем необходимо окружить и разбить немецкие группировки в Венгрии и Румынии.

Начсвязи записал все и передал шифровальщику. Наверное в Москве сочтут мою телеграмму излишне резкой, но мне сейчас было не до тонкостей этикета. Я хоть отвечаю за общую стратегию наступления, но не должен отвлекаться на поползновения американцев.

— Товарищ Грибник, — окликнул я начальника особого оперативного отдела.

— Слушаю, Георгий Константинович.

— Ординарца моего ранило, так что выберите шофера из охраны. Сейчас поедем.

— Есть, товарищ командующий.

Он отошел, что-то негромко приказывая комендантскому взводу. Я еще раз глянул на запад, где наши танки уже втягивались в Демблин. Над городом поднимались столбы дыма, но сопротивлялись немцы уже не так яростно, как в Люблине.

Видимо, поняли, что удержать городок не смогут, и отводили основные силы к Варшаве. Судя по данным разведки, туда стягивались войска не только с севера и востока, но и с юга и с запада. Битва за Варшаву будет жаркой.

Пока ждал машину, я обратился к карте, которую Маландин разложил на сколоченном из досок столе. Начальник штаба стоял рядом, постукивая карандашом по нашим позициям, очерченным пунктиром, потому что войска находились в движении.

— Что там у фон Бока, Герман Степанович?

— Перегруппировывается, — ответил тот. — Стягивает к Варшаве все, что может снять с других участков. 9-ю армию, 2-ю танковую группу, остатки 4-й. Вдобавок, гарнизоны крепостей Модлин и Прага.

— Прага — это которая предместье? — на всякий случай уточнил я.

— Да, восточный пригород. Немцы превратили его в укрепрайон. Баррикады, минные поля, ДОТы. Взять с ходу не получится.