Открываю холодильник, чтобы узнать, что можно положить на стол, и тут слышу из комнаты бодрый такой голос диктора:

— Чрезвычайное происшествие в центре Москвы. Новость пришла с пометкой «срочно». Из фешенебельного ресторана была похищена дочь арабского шейха. Наследная принцесса…

Дальше я не слышу. Голос идёт сплошным гулом, потому что…

Потому что смутные подозрения заставляют меня на носочках подойти к двери в гостиную и незаметно выглянуть, чтобы увидеть экран телевизора.

Мама. Роди меня обратно.

На экране тот самый Хоттабыч что-то горячо вещает репортёрам, размахивая руками и чётками. Вокруг него несколько машин полиции.

— Передаём приметы пропавшей наследницы, — опять голос диктора чётко бьёт по моему мозгу: — девушку зовут Самира, на вид 15-16 лет, одета…

Самира!

Забегаю в гостиную и встаю перед «паранджой», спокойно смотрящей на своего ревущего в телевизоре отца.

— Самира?! Ты?! — спрашиваю взволнованно.

Кивает и по глазам вижу, что улыбается.

Бляяяяяя.

— Ты дочь его, что ли?! А как же седьмая жена?! Скажи, что это шутка! Скажи! — молю её.

А она только молчит и улыбается. А ещё рукой меня отодвигает, чтобы я не загораживала ей телевизор.

Да блин! Что делать-то?!

Её уже ищут! В шкаф её спрятать? Или прогнать?

Смотрю на девчонку, увлёкшуюся телевизором.

И тут ответ на мой вопрос приходит сам собой.

Звонок в дверь. И я на уровне инстинкта самосохранения понимаю, что это за ней. Ну, и заодно уж и за мной.

Не открывать нельзя.

Неспеша, на носочках, подхожу к двери. Осторожно, стараясь даже не дышать, заглядываю в дверной глазок.

Лучше бы я этого не делала.

На лестничной площадке стоит целая делегация. Тот самый переводчик из ресторана, перед ним — два амбала с каменными лицами. И в довершении, в самом первом ряду стоит Платон Михайлович Зимин. И лицо его искажено такой злостью и яростью, что я…

— Открывай, Жаркова, я знаю, что ты там, — раздаётся из-за двери жёсткий голос босса, от которого у меня волоски на теле встают дыбом. — Не заставляй меня ломать эту фанерную перегородку.

Я сглатываю и дрожащими пальцами поворачиваю ключ в замке и на пару сантиметров приоткрываю дверь, оставив её на цепочке.

— Цепочку сняла. Быстро, — цедит Зимин сквозь зубы.

И он произносит это всё таким тоном, что я как будто под гипнозом послушно скидываю цепочку и делаю шаг назад. Зимин коршуном влетает в прихожую. За ним заходят переводчик и амбалы.

Из комнаты в этот момент доносится весёлый смех Самиры и громкий голос диктора из телевизора. Переводчик тут же срывается с места и с криком: «О, принцесса!» скрывается в гостиной. Амбалы-охранники устремляются за ним.