— Нравится платье? — шепчу ей, чуть наклонившись.
— Да, — запросто отвечает она.
— Тогда посмотри на себя ещё раз в зеркало, потому что через пару часов я сдеру его нахрен и отымею тебя раком, — усмехаюсь ей прямо в ухо и хочу прикусить мочку.
Вижу, как вспыхивают щёки Жарковой и она мечет на меня свой гневный взгляд и собирается что-то сказать. Но тут же рядом оказывается Роза.
— Не лапать. Платье новое, — ворчит она, стряхивая мою руку с Жарковой.
Я сижу в машине Розы Марковны и впервые за вечер чувствую себя почти человеком. Не объектом Кощеевских планов, не бухгалтером в платье стоимостью как половина моей машины, не будущей жертвой ресторанного разврата, а просто женщиной.
— Как вам мой племянник? — слышу сбоку голос Розы Марковны.
Поворачиваюсь к ней.
Думаю, как бы ответить, чтобы не сильно обидеть. Всё же она его тётя. Нельзя же просто сказать, как есть: «Сорри, Розочка, но ваш племянник редкостный мудак».
— Согласна с тобой, — кивает она и я даже пугаюсь, что вслух произнесла это. — Платон избалован женским вниманием. Привык, что за ним бегают. Это вредная привычка. Надо лечить.
Я лишь пожимаю плечами. Лечите, пожалуйста. Я, к счастью, не доктор.
Ресторан оказывается не просто рестораном, а каким-то храмом еды для людей, которые в детстве, наверное, не играли в песочнице, а дегустировали трюфельную пыль.
Зимин уже там. Приехал раньше нас. Встречает нас на входе. Мрачный такой. Опять эта монобровь густая, а в глазах так и полыхает ярость и недовольство.
Смотрит на меня. Потом на Розу Марковну. Потом опять на меня. И по этому взгляду я понимаю: как хорошо, что я не наедине с ним! Что-то как-то страшновато даже.
— Платоша, ты как себя чувствуешь? — обеспокоенно смотрит на него Роза Марковна. Прикладывает свою ладошку к его лбу. — У тебя такой вид, будто у тебя несварение желудка. Всё в порядке?
Отвожу взгляд, потому что не могу сдержать улыбку, представляя, что у Зимина и правда проблемы с ЖКТ. Ммм… очень хотелось бы, да.
— Ты чего лыбишься тут стоишь?
Очухиваюсь, когда шипение раздаётся прямо над ухом, а ещё меня опять больно сжимают за талию. Поднимаю взгляд и вижу рядом с собой недовольного Зимина.
— А Роза Марковна где? — оглядываюсь по сторонам.
— Пошла поздороваться с подружкой. Скажи сейчас, что не голодна и поехали, — цедит он, наклоняясь.
Так часто дышит, что я переживаю. Тут не с ЖКТ проблемы!
— Что с вами, Платон Михалыч? Вы какой-то… — с беспокойством смотрю на него.
— Возбуждённый я, Жаркова. Возбуждённый. Думаешь, удобно со стояком ходить?
— Не знаю не пробовала ни разу, — пожимаю плечами. — А чего вы постоянно со стояком-то? Вам бы к врачу. Вдруг это опасно?