Я наклоняюсь к самому её уху, почти касаясь губами шелковистой кожи, и вкрадчиво шепчу, наслаждаясь тем, как она шумно выдыхает:
– Пустишь, котёнок. Сама откроешь. Потому что ты хочешь этого разговора не меньше моего. Жаль только, красивое платье придется снять. Жаль, если ты не начнешь снимать его сама еще в лифте. Потому что если через полчаса я поднимусь к тебе и увижу тебя в нем… Я сорву его вместе с бретельками и ты меня не остановишь. Жди.
Я уверенно отстраняюсь, собираясь развернуться и уйти, чтобы оставить последнее слово за собой, но Яна внезапно ломает мой сценарий. Эта девчонка за три года реально научилась кусаться.
Пока мы еще стоим в тени, её губы мажут по моей мочке с пирсингом, обжигая мимолетным прикосновением, и она тихо шепчет:
– Сорок минут, Боголюбов? Смотри не опоздай. Я запру дверь ровно через эти сорок минут.
Она резко разворачивается и уходит, а я остаюсь стоять посреди танцпола с каменным стояком, чувствуя, как я переключился в режим хищника. И моя добыча – белокурая девчонка, захватившая моё сердце навсегда с самого первого взгляда на школьной линейке в девятом классе.
На часах без одной минуты полночь. У меня есть ровно сорок минут, чтобы дойти до её номера, иначе эта мелкая зараза действительно запрет дверь. Я ставлю таймер на своих наручных часах.
Время пошло.
Вокруг снова оживает гул клуба, и до меня наконец доносится настойчивое щёлканье затворов.
Сука, пресса. Избалованные кликбейтами стервятники уже вовсю строчат посты в свои телеграм-каналы. Я буквально вижу эти заголовки: «Громкий скандал на афтерпати: капитан «Аркона» и капитан «Аквариума» не поделили новую звезду команды „Прайм“», «Фантом приревновал? Капитан «Аркона» жестко отшил Бориса, подкатывавшего к Мираж» или какая-нибудь херня вроде: «Занято! Фантом обозначил свои права на новую звезду „Прайма“ прямо на танцполе».
Завтра менеджер «Аркона» сожрёт мой мозг ложкой, а руководство наверняка выпишет такой штраф за нарушение медиа-регламента, что мало не покажется.
Правда, сейчас мне кристально похуй на это всё. Пусть снимают что хотят и штрафуют как хотят. Главное, что этот слизняк Боря (и надеюсь, остальные тоже) уяснил, к кому соваться не стоит.
Разворачиваюсь и размашистым, намеренно спокойным шагом возвращаюсь в свою VIP-зону и как ни в чём не бывало смотрю на свою команду: парни стоят с круглыми глазами, а Костян, по ходу, вообще забыл, как закрывать рот.
– О-о-о, капитан, это чё сейчас было?! – Тоха толкает меня локтем, округлив глаза. – Ты из-за Мираж чуть чуваку руку не сломал? Вы знакомы, что ли? Ни хрена себе у вас тут искры летят!