– Хочешь меня, Наумова? – вкрадчиво шепчет Марк и подаётся чуть вперёд, перенося вес на одну руку, а второй притягивает меня за затылок, начинает покрывать мою шею и ключицы медленными, влажными поцелуями. Каждый его поцелуй обжигает кожу и заставляет закатывать глаза от слепящего удовольствия. – Три года говорила себе, что забыла меня, забыла всё что было между нами, да? Посмотри на себя, ты же вся дрожишь от моих поцелуев.
Я закусываю губу, чтобы не заскулить от этой сладкой, невыносимой пытки. Лавина жара снова концентрируется внизу живота, и я снова пытаюсь качнуться, чтобы потереться о член Марка, но его тяжелая ладонь жестко фиксирует моё бедро, не позволяя сдвинуться ни на миллиметр.
Он спускается поцелуями ниже, к моей груди. Захватывает губами один сосок, слегка терзая его зубами, пока его свободная рука продолжает сводить меня с ума, медленно поглаживая внутреннюю сторону моих бёдер.
Из моей груди вырываются рваные стоны. Какая, к черту, власть над ним, когда я сижу на нём и сумасшедше жажду, чтобы его член скорее оказался внутри меня?
– Марк… пожалуйста… – срывается с моих губ полустон.
– Что «пожалуйста», котёнок? – Марк слегка отстраняется, глядя на меня потемневшими, почти черными глазами, в которых горит абсолютное превосходство. – Мы же играем по твоим правилам. Ты у нас главный босс. Вот я и не смею брать трофей без твоей команды.
Издевается. Жестоко доводя меня до полного исступления.
– Ты... – задыхаюсь я, не в силах сформулировать мысль. – Возьми меня.
Марк усмехается, словно услышал то, что хотел услышать, и его длинные пальцы скользят к самому центру моего наслаждения.
Я всхлипываю, хватаясь за его крепкие плечи, когда его он касается моего самого чувствительного местечка.
– Да-а… Ма-а-а-арк… Ахх…
Марк слегка надавливает на клитор, затем исследует пальцами мою горячую влагу и удовлетворенно усмехается, понимая, что я полностью расплавилась от его ласк. Как мороженка на солнце.
– Ты так сладко течешь из-за меня, Наумова… – шепчет он мне прямо в губы, ловя мой новый рваный стон. – Совсем не изменилась. Иди сюда, любимая…
Марк обхватывает мои ягодицы, слегка приподнимая меня, и в следующий миг одним мощным толчком входит в меня на всю длину и замирает, давая мне время привыкнуть к нему после долгой разлуки.
Из моей груди вырывается громкий, протяжный стон. Внутри всё словно взрывается миллионом искр. Пронзительное, почти болезненное удовольствие затопляет сознание, вымывая из головы мысли обо всем, остаются только его прикосновения, его жар и то, как идеально он меня заполняет.