Я выстрелил. Теперь противников у Анри было всего двое. Через мгновение, из окон показались мушкетёры. Я спокойно перезарядил пистолет, и с улыбкой сказал:

— У вас не так много вариантов, парни. Сдавайтесь и расскажите нам всё.

Шведы переглянулись. Один из них повернулся ко мне, убирая в ножны шпагу.

— Его Величество не зря вам не доверял.

Передо мной стоял драбант, несколько лет назад раненный мною на дуэли. Второй его приятель лежал застреленным. Я со вздохом покачал головой.

— Мне очень жаль, приятель.

— Как вы там говорите… à la guerre comme à la guerre?

— На войне как на войне, — кивнул я. — Для меня честь взять вас в плен, месье.

* * *

Мы сперва разоружили и связали шведов, а уже потом привели в чувство Эльжбету. Чернобровая не была напугана, скорее, она была в гневе. И совсем не смотрела на д’Арамитца, который тоже старался держаться от девушки подальше. Мы осмотрели хижину, в надежде отыскать хоть какие-то письма. Перевернули всё верх дном, но даже маленькой записочки найти не удалось. Наши пленники тоже грустно молчали, хотя я уже понимал, зачем их послали. Когда мы закончили с осмотром помещения и повели драбантов к дороге, я спросил:

— Почему вы сразу не поехали с весточкой для Карла Густава?

— Человека послали, шевалье. Можешь не беспокоиться.

— Тогда зачем вам пленный мушкетёр?

— Пленный мушкетёр и дочь приближённого к Королю воеводы, — усмехнулся драбант.

Он постарел за эти годы куда сильнее моего. Неудивительно, ведь Швеция всё это время вела войны там и тут. Неудержимый аппетит Карла X, сильнее всего отражался не на шведских границах, а на шведских подданных. Мы говорили с ним на французском, а Анри д’Арамитц уже переводил на польский. Эльжбета кивала, хотя и не смотрела на своего… кем бы он ни был. Де Порто и д’Атос держались чуть позади нас и не вмешивались в разговор.

Мы вышли к тракту и огляделись. Если воевода ещё не проскакал мимо с подкреплением, имело смысл направиться прямо в Оршу. Но нас было семеро, а лошадей всего три.

— Вернёмся к карете? — предложил д’Атос то, о чём я думал прямо сейчас.

— Рискованно, — покрутил ус Исаак де Порто.

Я кивнул, и безо всякой надежды на честный ответ, спросил у драбанта:

— Сколько вас ещё прячется?

— Ни одного, — улыбнулся пленник. — Вы всех убили, шевалье. Даже меня, правда ещё об этом не знаете.

— О чём вы?

— Мой отец посадит их на кол, — с улыбкой сказала Эльжбета. — Или четвертует. Зависит от них.

— Они мои пленники, — пожал плечами я. — Не думаю, что у воеводы Мазовецкого хватит денег их выкупить.

— Выкупить? — переспросил Анри д’Арамитц. — Мы на чужой земле, Шарль, у нас их попросту отберут.