— Но, — искренне не поняла Кристина, — разве от этого они не становятся вашими союзниками?
— С такими союзниками и врагов не надо. Во-первых — что может знать о жизни и нуждах рабочего народа тот, кто не только ни дня не работал в своей жизни, но и живого рабочего в глаза не видел? От этого все эти богатенькие «революционеры» носят в головах самые фантастические планы переустройства общества, опирающиеся только на их собственную богатую фантазию и имеющие к нуждам рабочих такое же малое отношении, как Луна — к производству сыра! Уже звучат заявления, что народ, дескать, туп, глуп и не может сам знать, что ему требуется, а должен только слушаться умных, образованных людей и покорно идти, куда скажут. Тех, же, кто с ними не согласен — безапелляционно записывают в агенты жандармерии и травят, а то и хуже того. Я знаю о двух случаях, когда в лицо девушкам, заподозренным в связях с Безопасностью, только на том основании, что они посмели усомниться в словах самозваных «вождей» — плеснули в лицо кислотой. Одна ослепла, вторая покончила с собой…
— А вы, настоящие металлисты, что делаете с агентами жандармерии? — спросила Кристина только для того, чтобы отвлечься от стоящей перед глазами картины сожженного кислотой лица.
Глаза Меркура блеснули яростью:
— ТАКОГО мы не делаем!
Слишком блеснули. Слишком яростью. Как будто намек «Вы не лучше» — невольный, Кристина вовсе не имела его в виду — задел его за живое. Как будто… это было чем-то личным.
— Простите, товарищ Меркур… Меркур, это ведь должность, так? Точно так же, как и Аур, Ферр и прочие слова, означающие металлы. Товарищ Золото, товарищ Железо… Это тоже должности, верно? Обозначающие то, чем человек занимается в вашей организации…
Меркур неожиданно улыбнулся:
— Ну, попробуйте угадать.
— Аур, «золото»… Ваш министр финансов, казначей? Нет… Что-то другое… Почему допрашивать меня взялся бы казначей?
Ей вспомнился чарующий голос Аура, а также выражение «золотой голос».
— Агитация! Аур — ваш главный агитатор!
— Верно, — поощряющее кивнул Меркур.
— Ферр, «железо»… Боевые отряды? А вот Аргент, «серебро» — точно казначей.
— Не угадали. Откуда у бедных рабочих серебро? Наш казначей — Купр. Аргент — сбор денежных средств.
— А чем это от казначея отличается?
— Тем, что изначально у нас был только Купр, и деньги мы собирали добровольными пожертвованиями с рабочих. А Аргент занимается недобровольными пожертвованиями с богатых.
Понятно. А что тут не понятного, в нашем мире тоже был один такой товарищ Аргент. Камо его звали…
— Ну, давайте, продолжайте, пока вашего охранника не привели, продолжим игру. Кто я?