— Ты кто такой? — ствол револьвера Череста уставил прямо в грудь вора.
— Я Шером Рас. Из консультационной конторы «Рас, Рас, Рас и Рас», третий в списке. Консультант по разновсяческим вопросам. Меня наняла госпожа Эллинэ для разрешения некоторых вопросов.
— Разновсяческих, я полагаю? — револьвер Череста все же не опускал.
— Вы уловили суть.
— Госпожа Эллинэ, это правда?
— Абсолютная.
— Где вы только нашли этого… консультанта?
— Он, знаете, как-то сам нашелся… — Гримодан сумел, как он это мог, любил и практиковал, свести ситуацию к какой-то комедии абсурда.
Череста убрал револьвер.
— Судя по тому, что госпожа Эллинэ еще жива — вы достаточно квалифицированный специалист, господин Рас. Или лучше называть вас — Гримодан?
Глава 36
Как выяснилось, глава охраны семьи Эллинэ после пропажи единственной подлежащей охране личности не сидел, сложа руки, не топил горе в бутылке февера и не пытался самоубиться путем выстрела через рот. Даже не строил планов о том, что сделает со своенравной подопечной, когда та, наконец, вернется… Хотя нет, строил. Планы включали в себя наручники и кожаный ремень. Понятно, что позволить себе он такое не позволил бы, но помечтать-то можно, правда?
Череста правильно вычислил, что основной опасностью является Спектр и сосредоточил все усилия на его вычислении и поимке. С последующим растворением в ванне с серной кислотой. И, в отличие от незадачливого женоубийцы, который «попал в стакан», Череста обладал необходимыми навыками, чтобы проделать это качественно и эффективно. В смысле — растворение в ванне. С вычислением и поимкой дела обстояли чуть хуже. У Череста не было Гримодана и его способностей, зато были множество сотрудников и почти неограниченный бюджет.
Правда, это не помогло.
Спектр предпочитал работать в одиночку, напарников не имел, помощников предпочитал использовать втемную, избавляясь от них по мере утраты необходимости, по кабакам не пил, со случайными собутыльниками и постельными партнерами своей тайной не делился — поэтому вся раскинутая Череста сеть информаторов принесла в остатке голый ноль.
Охранник не расстроился и пошел путем, которым уже успел пройти Гримодан — расставил ловушки. Правда, у него не было для ловушек вкусного кусочка сыра по имени Кармин, поэтому его ловушки напоминали не мышеловку, в которую рано или поздно придет любопытная мышка, а, скорее, волчьи капканы, расставленные там, где, может быть, пробежит волк. А может — и не пробежит.
Во-первых, такой ловушкой стал сам особняк. Как правильно говорит народная мудрость, которую чуть раньше вспомнила Эллинэ, запирать конюшню, когда лошадь убежала, смысла нет никакого. А если лошадь убежала, а конюшню таки заперли, окружили колючей проволокой, окопали минными полями и окружили кольцом охраны? Что должен подумать умный человек? Правильно: что лошадь или и не убегала вовсе или уже тайком вернулась назад. Что будет делать в этом разе умный человек, которому лошадь совершенно не нужна ни в конюшне, ни на свободе, а разве что — на столе в виде котлет? И вы снова угадали: он захочет поверить, что же там такое охраняют? Поэтому Череста окружил особняк тройным кольцом охраны, а внутри напичкал его сетью сигнальных проводов… В этом месте рассказа он остановился, посмотрел на навострившего ушки Гримодана и вдаваться в подробности не стал. И так понятно, что Череста прибежал ночью в кабинет Кармин вовсе не потому, что решил совершить пробежку для здоровья перед сном.