Она посмотрела на Гримодана. В глазах которого горели огни веселья.
— Кармин… Я не знаю, как тебя звали в твоем, том, мире… Тебе никогда не казалось, что мы с тобой похожи? Я — одинокий, никому не доверяющий, против всего мира, который хочет… ничего хорошего мне этот мир не хочет. Ты — одинокая, никому не доверяющая, против всего мира, от которого тоже не дождешься конфет и шоколада. Может быть, нам суждено быть вместе?
Его губы прикоснулись к приоткрытым губам Кристины.
Глава 33
— Ага, сейчас. Размечтался.
Гримодан протянул губы еще чуть вперед, не нашел ими искомого и приоткрыл один глаз.
Кристина сидела, скрестив руки на груди, со скептическим выражением на лице:
— Ты и вправду думал, что я поведусь?
— Ну, попробовать стоило, верно? — заулыбался нимало не смутившийся мошенник.
— Подставлять губки мальчикам только за то, что они насовали мне за уши фиалок и прочий цветник, я перестала еще на первом курсе института.
Вообще-то Кристина могла бы припомнить самой себе несколько случаев уже после первого курса, но тогда она была либо очень пьяной (то есть — гораздо пьянее чем сейчас), либо… Ну было и было, что теперь вспоминать-то?
— Неужели я не заслужил одного маленького поцелуя? — глаза Гримодана могли бы поспорить с глазками Кота из «Шрека», но на печальные глазки Кристина не велась даже сильно пьяной. Поцелуи из жалости — не ее конек, она не мать Тереза… кхм… аналогии, похоже, тоже не её…
— За что? — прищурилась она.
— За Спектра.
— Что-то я его так и не увидела?
— Но попытка-то была!
— За запах еды расплачиваются звоном монет.
— Кстати, я так и не получил аванс…
— Получил!
— Нет!
— А мой изумрудный кулон?
— Я его честно украл!
— С моего разрешения! Значит, идет как аванс!
Они рассмеялись. Гримодан сделал второй заход:
— И как же мне тогда получить поцелуй прекрасной госпожи?
— Заслужи.
— У вас завышенные требования.
— Тогда укради. Ты вор, в конце концов или кто?
— Вы сомневаетесь в моих способностях⁈
— Даже и не думала. Иначе предложила бы что-нибудь попроще. Например, свить веревку из песка. Кстати, Гримодан, как ты вообще стал вором и почему твой брат им не стал?
— Как говорят в Поллене: «Присядьте и послушайте мою длинную и печальную историю…».
* * *
Жили-были два брата. Нет, акробатами они не были. А были они вполне себе такими обычными мальчишками из рабочих кварталов. Да, тех самых, которые называются Темными и в которые Мюрелло крайне не советовал соваться ей, Кристине. Даже в его сопровождении. Даже в сопровождении армейского отряда.
Жители Темных кварталов не очень-то любили посторонних. В принципе, они никого не любили. Сложно любить кого-то, когда ты работаешь за копейки по двенадцать часов в день, держишься только на зеленом хлебе и горохе, да, к тому же, еще и должен кормить двух сыновей.