— Вы хотите, чтобы мы вас пожалели? — голос опять изменился, и теперь в нем звучали неприятные нотки, от которых мурашки бегали по спине сверху вниз, а потом снизу вверх, топоча холодными лапками.
— Я объяснила, почему вас не помню, только и всего, — Кристина попыталась говорить твердо, но получился какой-то лепет. Или это так выглядело на контрасте с товарищем Ауром?
Аур молча обошел вокруг девушки и встал за ее спиной:
— Зачем вы пришли к нам?
— Меня привели ваши же люди. Как и моего телохранителя. Кстати, где он?
— Собственная судьба вас не интересует?
— Интересует. Но свое собственное состояние я хотя бы знаю. А его — нет.
— Он ваш любовник?
— Он — мой человек.
— Ранее судьбы тех, кто на вас работает, вас не интересовали.
— Взрыв меняет людей.
Аур прошел мимо и вернулся за стол:
— Судьба вашего человека зависит от вашей. От решения, которое мы примем. Знаете, как революционеры относятся к религии?
— Я уже упоминала про взрыв.
— Мы не признаем богов. Кроме одной-единственной богини. Знаете, какой?
Кристина подождала, но вопрос, похоже, не был риторическим.
— Свобода? — сделала она попытку угадать, — Равенство? Братство?
— Это наши цели. Настоящие свобода, равенство и братство, разумеется, а не те, что мы получили, посадив себе на шею Совет Мудрейших.
— Революция?
— Хорошая попытка, но нет. Единственная богиня, единственное, что должно определять поступки революционера — Целесообразность. И сейчас мы, с моими товарищами, должны решить, что целесообразнее для дела революции — отпустить вас…
Аур сделал паузу.
— Или казнить.
Глава 45
— При всем моем уважении к вам, полковник, но участвовать в поимке Спектра вместе с нами вы не будете.
Прозвучало несколько грубовато, но после суток, проведенных без сна, на одних пилюлях вигорина, Череста было не до выбора слов и интонаций.
Полковник Грам немедленно надулся:
— Вы сомневаетесь в моем профессионализме⁈ Учтите, что ваше сомнение оскорбляет не только меня, но и весь Легион Забвения! Честь нашего мундира — не пустые слова!
Грам одернул упомянутый белый мундир.
— Да нисколько я в вас не сомневаюсь, более того, я уверен…
— Ах, значит, вы уверены в моем НЕпрофессионализме⁈
Полковник вскочил с кресла, в котором сидел до этого и начал дергать перчатку, пытаясь сорвать ее с руки.
Череста вздохнул, неожиданно для самого себя пожалев об отсутствии в кабинете Гримодана. Бойкий и ловкий мошенник, где-то мотавшийся, хотя обещал помогать, действовал на него успокаивающе. Подумав об этом, начальник охраны семьи не менее неожиданно для себя успокоился.
— Принести две пилюли? — вежливо поинтересовался он.