Не обращая внимания на предупреждающий возглас Гримодана и поднимающуюся под ногами пыль, Кристина вошла в кабинет и присела у сундука.
Замок. Такой же старый и потемневший, как и сам сундук.
— Господин взломщик, не будете ли вы столь любезны…
«Господин взломщик» был любезен в течение пары секунд, после чего замок лязгнул и Гримодан откинул крышку.
Они заглянули внутрь.
— Да, — после продолжительной паузы заметил Гримодан, — Спектр на самом деле скрывается под видом вашего дедушки.
Потому что настоящий дедушка Лефан лежал в сундуке. Судя по виду — уже пару месяцев.
Глава 52
— Как он… так сохранился?
Труп дедушки Лефана, сложенный втрое и запихнутый в старый сундук, выглядел слегка высохшим и не дошедшим даже до степени мумификации. И почти не пах, разве что из сундука поднялось облако какого-то трудноуловимого запаха, похожего на запах выделанной кожи.
— Возможно, формалин… хотя нет, запах не тот… инъекции сульфата цинка или чего-то подобного. Я не знаю, сохранность мертвых тел в круг моих интересов никогда не входила.
Ну да, Гримодан, с его принципом «Никаких убийств», доставшимся от учителя, и вправду мог не знать, как сохранить труп так, чтобы он пролежал несколько месяцев законсервированным. Второй вопрос «Зачем хранить, мать его, труп?» и вовсе остался без ответа. Уж избавиться от тела Спектр — а теперь точно никаких сомнений, что под видом дедушки все это время действовал он — за прошедшее время мог сотней различных способов, различной степени неаппетитности.
— Ну что? — спросил Гримодан — Сигнал?
— Подавай.
* * *
На лавочке напротив дома, где жил дедушка Лефан, мирно читал газету старик. В дешевом желтовато-белом костюме, из тех, что издалека и для незнающего глаза выглядят как чесучевые, то есть сделанные из дикого шелка, однако уже вблизи становилось понятно, что ткань, пошедшая на костюм, никогда не была знакома с шелковичными червями, ни с тутовыми ни с дубовыми, а родилась из расплава продуктов нефти. Такие костюмы были модными несколько лет назад, когда в лабораториях семьи Тергал из этиленгликоля и терефталевой кислоты и была создана эта ткань. Но очень быстро выяснилось, что ткань эта чересчур дешева и, к тому же, в одежде, сделанной из нее, слишком душно. Поэтому в настоящее время одежду из нее носили разве что рабочие и вот такие, знавшие лучшие времена, старики.
Тяжелые, непроницаемо-черные очки в тяжелой оправе как бы подсказывали причину того, почему жизнь этого конкретного старика покатилась по наклонной, а газета «Оглав», с чрезвычайно крупным шрифтом, предназначенная для слабовидящих, только подтверждала эту догадку.