Нет, за подслушивание разговоров и уже тем более за разглашение тайн девушек нещадно штрафуют и увольняют. Но, как известно, любой запрет можно обойти с помощью соответствующей платы. Например…
Гримодан поднял бинокль и скривился.
Любви.
К телефонистке подошел мужчина в котелке и темном костюме. Поцеловал ей кончики пальцев и не нужно было обладать степенью магистра, чтобы только по движениям ее нескладного тела понять, что она влюблена в этого человека как кошка.
«Неудивительно. К такому крокодилу не каждый осмелится подойти. А ей, как и любой женщине хочется романтики. На этом Спектр, похоже, и сыграл… Или я ошибся? И это просто ухажер?».
В этот момент вероятный Спектр лениво оглянулся. Гримодан застыл, замер, вцепившись в бинокль. Это движение… Мошенник его узнал. Он сам так умел: одним долгим взглядом охватить всю окрестность, оценить как возможных шпиков всех, кто попался на глаза и запомнит их для того, чтобы потом определить — не попадались ли эти же «случайные прохожие» на глаза еще раз, в совершенно другом месте. И, хотя он, Гримодан, находился не на улице, а в квартире, за прозрачной кисейной занавеской, но дернись он, чтобы убрать бинокль или как-то иначе отреагируй на взгляд — и этот любовник телефонистки его бы заметил.
Он бы, Гримодан, точно заметил.
«Неужели Хитрый Санлар брал и других учеников?»
* * *
— Как он выглядит? — Кристина жаждала узнать внешность своего преследователя. Как говорит наука психология — и сценаристы фильмов ужасов — неизвестность всегда пугает больше. И не то, чтобы она его боялась…
— Среднего роста.
Кристина подождала продолжения, но его не последовало:
— И всё?
— Ну да. Он наверняка изменил внешность, поэтому его описание нам ничего не даст. А рост и цвет глаз — единственное, что нельзя изменить…
— Контактные линзы, — невольно вырвалось у Кристины, но она тут же прикусила язык. Откуда тут контактные линзы?
Как оказалось — были.
— Изобретение доктора Монье? При чем здесь они? Нет, если их долго носить, они, конечно, изменят цвет глаз. На ярко-красный. Долгое ношение кусочков стекла на роговице на пользу никому не идет…
— Так их же можно сделать из цветного стекла.
Гримодан замер. Его глаза остекленели, как будто он нацепил те самые контактные линзы. Знаменитый вор явно что-то просчитывал.
— Это же… великолепно… Можно… ага… а потом… И никто не поймет… не узнает… не опознает…
— Может, вернетесь к нам?
— Да-да, я здесь, — Гримодан с трудом оторвался от мечтаний, в которых он, в образе зеленоглазого красавца обводит вокруг пальца графиню или герцогиню и скрывается с ее драгоценностями, уже в облике черноглазого слуги.