А между боярами и дворянами прослойкой сидят дети боярские. Вотчины у них нет, есть поместье, но, в отличие от дворян, выставляют собственное войско. Вернее, отряд, большое войско с поместья не соберешь и без Источника им сильно не поуправляешь. В мирное время сын боярский занимает высокую должность, на наши деньги — начальник РОВД, городской судья, начальник управления ФСБ, начальник таможни… Раньше на такие должности шли исключительно настоящие дети бояр, но потом то ли бояре перестали размножаться с нужной скоростью, то ли должности плодились быстрее, но — детей бояр стало не хватать. А в законе как бы уже прописано, мол, вот такая должность — только для сына боярского. Но тогдашний царь долго думать не стал — не хватает детей боярских? Назначаю боярскими детьми своих верных дворян! В общем, здесь вертикальная карьера несколько проще, чем в наши допетровские времена.
Так, сейчас мы с Клавой отдышимся и рванем дальше, а пока нужно продолжить обдумывать тему с моим возможно — возможно! — боярским происхождением.
Мой отец — не боярин, значит, я чистокровным боярином быть не могу. Даже если предположить, что моя мама ему изменила — тогда я бы родился как бы вне брака и боярскую магию не унаследовал бы. Есть еще один вариант…
Я приемный.
Нашли меня папа с мамой, лежавшим где-то в лесу, плачущим и пачкающим пеленки с вышитым гербом… Ага, так дети бояр и валяются по лесам. Возможность поиска по крови, не забыли? Разве что из рода никого в живых не осталось…
Мать твою!
Островские! Тьфу ты — Осетровские! Тот род мангазейских бояр, который был вырезан Морозовыми в пятьдесят пятом. Что, если Викентий — последний отпрыск рода?
Не, опять не срастается. Война между Осетровскими и Морозовыми началась летом пятьдесят четвертого, к декабрю всех перебили, а я только в ноябре пятьдесят пятого родился. По крайней мере — крестили меня именно в ноябре пятьдесят пятого, у меня на крестике именно эта дата выгравирована. Не лежал же я в том лесу целый год!
Но эту мысль стоит провентилировать. И желательно — в Мангазее. Все равно мне в Москве больше делать нечего…
— Прошел откат? — повернулась ко мне Клава. Лицо ее так близко-близко…
Я кашлянул и вскочил.
— Прошел! Идем!
И подал руку.
* * *
Я рассчитывал, что сейчас приведу Клаву в дом к Насте, там мы отдохнем, поспим… в разных постелях! И потом, на свежую голову, я что-нибудь решу.
Но, как говорится, хочешь рассмешить Бога…
— Стой! — я вовремя тормознул и придержал разбежавшуюся Клаву. Затащил ее за угол и осторожно выглянул из-за него.
Все пропало. Если бы кому-то понадобилось составит словарь устойчивых выражений, то иллюстрацией к статье «Все пропало» можно было бы нарисовать то, что я увидел.