Вот такой ушлый человек и ждал их в деревне.
Вернее — гном.
— Знаешь, Зай, — Алиона повернулась к своему любимому охотнику, — мне не нравится, что это — гном. Гномы все делают только за деньги. А денег у нас нет.
— Гномы, как и люди, бывают разные.
— А эльфы?
— А эльфы все одинаковые.
С этим Алиона мысленно согласилась на все сто. Все эльфы — бездушные сволочи.
— Может, дождемся ночи?
— Нет, — тут же ответил Зай, — ночи ждать не стоит.
— Почему?
— Во-первых, я слышу собак. Значит, если мы попробуем подкрасться к дому Гемеза ночью, то они нас услышат и поднимут лай. Вместо того, чтобы остаться незамеченными, мы переполошим все село.
Алиона на секунду задумалась над совершенно бессмысленными в данной ситуации вопросом: чем здесь отличается село от деревни? В дореволюционной России село отличалось от деревни наличием церкви. А здесь?
— А во-вторых? — переспросила она, поняв, что Зай не собирается продолжать.
Тот помолчал немного.
— Я не хочу задерживаться на ночь. Я боюсь, — спокойно ответил он.
Вот это вот появившееся в парне спокойствие пугало Алиону. Спокойный, рассудительный, не кричащий и не ругающийся Зай, это как холодный кипяток, безалкогольная водка, теплый мороз — может и хорошо, но неправильно. Неестественно.
— Зай… — девушка обняла его и погладила по капюшону. Теперь молодой охотник старался не снимать его даже при ней, — Чего ты боишься, зайчик?
Вот! Раньше он вспыхнул бы как порох на это ласковое прозвище, тем более оно прозвучало как неосторожное обвинение в трусости. Сейчас же Зай просто ответил:
— Я боюсь, что перестану быть человеком. Я боюсь того, что уже перестаю бояться. Я боюсь… боюсь забыть тебя.
Алиона медленно сняла с него капюшон.
Стальная серость заняла половину лица. Дошла до половины подбородка — за чугунно-серыми губами поблескивала полированная сталь зубов — заняла всю левую щеку, скулу, и, охватив полукругом глаз, пошла на лоб. Синий глаз, оставшийся нетронутым островком в металлическом потоке, смотрел напряженно.
Только волос сталь совершенно не коснулась, и они остались прежней непослушной копной. Остатками прежнего Зая. Растущими прямо из стальной кожи.
— Ты всегда останешься моим Заем, — Алиона погладила по волосам и осторожно провела пальцами по стальной щеке, — Даже если станешь стальным до…
Фантазия, прекрати!
— … до последней клеточки тела. Я останусь с тобой и найду способ вылечить тебя.
— А если — нет? — в спокойном голосе чувствовалась смертельная безнадежность.
— Тогда я обыщу все леса вокруг столицы эльфов, найду этот гребаный подорожник и стану такой же как и ты!