— Что? — совершенно не дружелюбно и вовсе не певуче пророкотали из-за ворот в ответ на стук.
— Привет от Грока.
Лязгнули замки, в приоткрывшейся щели калитки показалась борода, поверх которой сверкнули оптическими прицелами два глаза.
— Заходите.
* * *
— Осталось один момент прояснить, — сказала Алиона, когда всё уже было обговорено.
Гном по имени Гемез, хоть и был крайне неразговорчивым, все же честно предложил им поесть — отказались и даже сами угостили его пирожками — выпить фруктового самогона собственного производства — отказались — помыться с дороги в ванне — согласились, но потом — и только затем перешел к делу.
Весточка от дядьки Грока до гнома уже долетела, про их появление он знал и к переходу на Ту сторону все было уже готово.
Гном продавал людям свой знаменитый фруктовый самогон, который и перевозил через границу в огромных бочках. В которых, в двойных стенках и прятались нелегальные эмигранты. В данном случае — именно эмигранты, а не иммигранты, так как нелегально они уезжали, а не въезжали.
Потайные стенки в бочонках были сделаны так ловко, что даже если открыть бочонок и пошуровать внутри него щупом — отыскать тайник было невозможно. К тому же гнома Гемеза на границе уже знали и проверяли не каждый бочонок, а примерно 8 из 10.
Почти никакого риска.
Но одна вещь Алиону все же смущала.
— Что ты хочешь узнать, девочка? — громыхнул гном.
— Вы — гном, — озвучила она очевидное.
— А ты наблюдательная.
— Гномы все делают только за деньги. Денег у нас нет.
Гном, набычась, посмотрел на девушку. Потом начал медленно расстегивать рубашку. Вздрогнувшая на секунду от непонимания происходящего, Алиона внимательно смотрела. Очевидно, гном вовсе не решил устроить внезапный сеанс стриптиза, а хотел что-то показать.
Например, огромный бугристый фиолетовый шрам, пересекавший наискось волосатый живот.
— Грок, — тихо сказал гном, — уже расплатился. Когда нес меня на себе одной дождливой ночью. Не все гномы жадны, не все люди жестоки, не все эльфы бездушны…
— Все! Эльфы — все!
Гном, застегиваясь, хмыкнул в бороду. Как будто он знал забавный секрет, который не хотел раскрывать. Чтобы не испортить шутку.
— Завтра все сами увидите. Мыться и спать!
* * *
Завтра со двора почтенного гнома должна была выйти телега с огромными бочками, медленно влекомая меланхоличными волами. Как и всегда в этот день недели, как и всегда — в одно и то же время. Только в этот раз в бочонках будут спрятаны два беглеца.
Но это будет завтра.
Сегодня два беглеца, сытые, отмытые до блеска в ванне, лежали на чистых простынях под легким одеялом.