"Дэвид тоже тут", — поджала губы от волнения, сердце забилось чаще, как барабан.

Зайдя внутрь, меня правда встретил он: дочь запищала в радости — высокий, восторженный визг эхом разнёсся по холлу.

— Папа! — она бросилась в его объятия, на яркие возгласы вышла и сама Эйлин, её шаги мягкие по ковру.

Всё внимание было только на дочку — объятия, смех, поцелуи, — я же чувствовала себя чужой, стоя в стороне, воздух казался густым от напряжения, но Дэвид всё же перевёл взгляд.

— Доехали нормально? — спросил он, подходя ко мне жестом предлагая снять с меня верхнюю одежду, его голос низкий, с хрипотцой, как всегда.

— Да, всё нормально, — мужчина снимал с меня пальто — ткань шуршнула, его пальцы случайно коснулись плеч, посылая мурашки по коже; я почувствовала его аромат — табак смешанный с одеколоном, древесный и мускусный, — брови нахмурились, препятствуя чувствам внутри. Я посмотрела в его глаза, но Дэвид решил их сразу отвести, от этого жеста внутри всё сжалось, как в тисках, боль эхом отозвалась в груди.

Он помог раздеться дочке — курточка зашуршала, — и мы прошли за обеденный стол, который стоял уже наполовину накрытый: салфетки хрустели под пальцами, аромат жареного мяса и специй витал густо, серебро приборов блестело в свете люстры.

Сев за стол — деревянный, полированный, с запахом свежих цветов в вазе посередине, — мы стали ожидать других членов семьи Браун.

— Эмили, не болтай ногами и сиди ровно, — шепнула я дочери, зная, что Эйлин не очень любит плохие манеры; её ножки стучали по ножке стула с тихим, ритмичным постукиванием, эхом отдаваясь в просторной комнате, а сиденье слегка скрипело под ней.

— Ладно, — она начала стучать пальчиками по столу, ноготки цокали по дереву, как мелкий дождь по окну, оставляя лёгкие вибрации под ладонью.

Дэвид сел рядом с дочерью, его стул скрипнул под весом, а тепло его тела слегка ощущалось через воздух. Эйлин и Хавьер были напротив нас, их лица освещались мягким светом от окна, где солнечные лучи пробивались сквозь шторы, оставляя золотистые блики на скатерти; я заметила, что стоят ещё два стула, пустые и холодные на вид, нахмурилась, но не задала вопрос, чувствуя лёгкий озноб по спине.

"Неужели это..." — я не успела договорить в своих мыслях, как родители заговорили, их голоса эхом разнеслись по комнате, прерывая тишину.

— Наконец-то вы пришли, — женщина встала, чтобы обнять своего сына, её шаги мягко шуршали по ковру, а объятие сопровождалось лёгким хлопком по спине, аромат её парфюма — сладкий, с нотками розы — на миг обволок воздух.