Я сделала вдох — осторожный, как будто боялась, что если вдохну глубже, всё развалится, воздух вошёл прохладный, с лёгким ароматом амбры в кабинете.

— Лэйн, — впервые он произнёс моё имя чуть мягче. — Этот камень появился не сегодня. Верно?

Я усмехнулась — коротко, без радости, губы дрогнули.

— Нет. Он просто стал... тяжелее.

— Что обычно вы делаете, когда он появляется?

Я задумалась, пальцы сжались сильнее на подлокотнике.

— Работаю. Улыбаюсь. Пью. Ищу, чем заглушить, — я пожала плечами. — Иногда мужчин.

Он не отреагировал ни мимикой, ни осуждением. Только кивнул, сохраняя нейтральность.

— Это способы выживания, — сказал он. — Они не плохие. Они просто перестали работать.

Эти слова почему-то ударили сильнее всего. Внутри что-то дрогнуло, как трещина в льду.

— Мне стыдно, — вырвалось у меня. — За всё это.

— Стыд — очень частый спутник боли, — ответил он. — Но сейчас я прошу вас не оценивать себя. Просто быть.

Мужчина сделал паузу, давая мне время, воздух в кабинете стал тише, только тихий гул города за окном.

— Когда вы написали мне письмо, — продолжил он, — в нём было много отчаяния. Но ещё там было кое-что важное. Вы написали, что готовы усиленно продолжать. Это значит, что какая-то часть вас всё ещё хочет жить иначе.

Я почувствовала, как к глазам подступает влага, горло сжалось.

— Я не знаю, как, — прошептала я. — Я чувствую себя пустой. Иногда мне кажется, что внутри вообще ничего нет.

— Пустота — это тоже состояние, — сказал он. — Часто она появляется, когда чувств слишком много, и психика их «выключает», чтобы выжить.

Я сжала пальцы, ногти впились в ладони.

— Это нормально? — спросила я почти шёпотом, голос дрогнул.

— Это объяснимо, — поправил он мягко, но уверенно. — И с этим можно работать.

Он наконец сделал запись в блокноте — перо ручки зашуршало по бумаге тихо.

— Сегодня я не буду углубляться в прошлые события, — добавил он. — Нам важно, чтобы вы вышли отсюда в стабильном состоянии. Но я хочу задать один вопрос. И если он будет слишком тяжёлым — вы скажете стоп-слово. Договорились?

Я кивнула, чувствуя лёгкий озноб по спине.

— Лэйн… — он поднял на меня взгляд. — Когда вы остались одна в тот день… что вы больше всего хотели почувствовать?

Комната словно стала тише, воздух застыл.

Я долго молчала. Потом выдохнула: — Чтобы меня выбрали, — голос дрогнул. — Хоть на одну ночь. Не бросили. Не ушли. Чтобы я была нужной.

Он медленно кивнул, принимая ответ, просто присутствуя.

— Это очень важное место, — сказал он. — И мы обязательно к нему вернёмся. Но не сегодня.

Я посмотрела на него растерянно, глаза жгло.