— Я ухожу, — его голос прозвучал равнодушно и без сожаления, он сорвался, забирая ключи с тумбочки — металл звякнул холодно.

— Дэвид! — слёзы сорвались с глаз, горячие потоки по щекам.

Но дверь захлопнулась с громким хлопком, и раздался плач Эмили в другой комнате — пронзительный, как нож. Я облокотилась на стенку, держа рукой за грудь, где образовалась дыра — пустота жгла внутри, как открытая рана, дыхание спёрло, и мир сузился до этой боли, которая разрывала меня на части.

Настоящее время

Меня вернула назад тёплая рука на плече — его пальцы слегка сжали ткань блузки, передавая знакомое тепло, вызывая волну смешанных чувств: — Лэйн, тебе плохо? — я только повернула на него взгляд, его глаза были полны беспокойства, близко, слишком близко. — Ты вся побледнела, давай принесу воды, — не успела ничего сказать, как он сорвался к кулеру с водой в конце зала, его шаги эхом отдавались по паркету среди шума голосов и смеха детей.

Я села на стул, который стоял у нашего стола — дерево было прохладным под ладонями, а в груди всё ещё ныла пустота от воспоминания, смешанная с лёгкой тошнотой, как будто прошлое снова сжимало тисками, не давая дышать свободно. В этот момент Дэвид принёс воды — пластиковый стаканчик был холодным в руке, с каплями конденсата, скользящими по пальцам.

Залпом опустошила прохладную воду — она освежила горло, слегка покалывая язык, и меня потихоньку начало отпускать, напряжение в плечах ослабло, но внутри всё ещё колыхалась волна эмоций: облегчение от его заботы боролось с желанием оттолкнуть.

— Спасибо, — сказала я тихо, голос вышел хриплым, как после долгого молчания.

— Может, в больницу? — его голос был волнительным, он всматривался в моё лицо, наклоняясь ближе, и я почувствовала лёгкий аромат его духов— свежий, с ноткой мускуса, который всегда будил воспоминания.

— Нет, всё нормально, — отвернула я голову, собираясь полностью мыслями, стараясь игнорировать тепло его близости, но я знала: это опасно, это может снова разбудить ту любовь, которую я пытаюсь усмирить. — Дэвид, перестань пожалуйста проявлять какую-то заботу ко мне, — я хотела отгородиться от него, понимая, что каждое его действие всегда приводит к разрушению границы, которую пытаюсь выстраивать, — внутри шевельнулся страх, смешанный с грустью, как будто я теряю контроль над собой.

— Ладно, — я почувствовала, как он начал отходить от меня, его шаги удалились тихо, оставляя после себя лёгкую пустоту в воздухе.

Через какое-то время конкурс завершился, и Эмили заняла 3 место — жюри оценило семейную работу и креативный подход, их похвала эхом разнеслась по залу, а медалька в руках дочери блестела под лампами, вызывая у меня улыбку сквозь усталость. Дочка не расстроилась, а даже очень обрадовалась — её глазки заискрились, как звёздочки, и это тронуло меня до глубины души, смягчая внутреннюю боль.