Сержант милиции.
Черная кобура, с красным шнуром. На ремне — золотистая пряжка с пента… а, нет, с обычной пятиконечной звездой. На фуражке — кокарда в виде красной звезды с золотистыми краями. На груди — значок «Отличник милиции», по крайней мере, на нем так написано: золотой герб с пентаграммой, на розово-красном фоне, сверху — золотые лавровые листья, снизу, на синей эмали, надпись «МВД ОРС», а по краям, на той же синей эмали — «Отличник милиции».
— Помочь вам, говорю?
— Э… В чем помочь?
— Да вот я смотрю: перед переходом стоите, а не переходите. Боитесь?
Я взглянул на улицу. Машины, конечно, катились себе туда-сюда, но для жителя мегаполиса, привыкшего совершенно к другим скоростям, этот траффик был практически незначительной помехой. Я бы перешел здесь улицу даже задом наперед, да еще и с закрытыми глазами.
— Да нет, товарищ сержант, просто задумался.
Погодите… А почему бы и нет?
— Не подскажете мне, как пройти к железнодорожному вокзалу? Пошел погулять по городу и заблудился.
В голубых глазах сержанта мелькнуло — глубоко-глубоко — легкое злорадство. Определенно — злорадство. Возможно, я, со своими джинсами, в его глазах приближался к некоему аналогу стиляг. А нет ничего приятнее, чем увидеть того, кто тебе не нравится, в глуповатом положении.
— Нет ничего проще. Перейдете улицу, пройдете по Советской до театра, от него направо на улицу Плантусова, и по ней прямо, прямо и прямо. Как раз к вокзалу и выйдете.
Я поблагодарил и рванул по «зебре». Машины притормаживали, пропуская: то ли здесь такие вежливые водители, то ли стоявший на тротуаре милиционер влиял на их вежливость.
Уф. Это было опасно. Кто ж знал, что привлечь внимание тех, чье внимание я привлекать никак не собирался, можно не только нарушением законов и правил, но и просто выделяясь из общей массы. Как там в анекдоте: «Зачем висят знаки ограничения скорости, если их никто не соблюдает? А чтобы инопланетян вычислять. Поверит такой, поедет по правилам, тут-то его разведка и сцапает: куда, гад, крадешься?»[7]
Нет, надо как можно быстрее становится похожим на здешних обитателей.
Похоже, с ночевкой у бабушки Мары мне все-таки повезло. Или с тем, что милиционер не заинтересовался странным типом, тупящим у «зебры». Потому что на железнодорожном вокзале меня ждала птица обломинго такой величины, что ее гравитация могла бы отклонить земную ось.
Во-первых, опрашиваемые мною синеформенные граждане железнодорожники долго не могли понять, чего я вообще от них хочу. Из-за чего у меня возникло неприятное чувство, что разгрузка вагонов студентами, ханыгами и прочими добровольцами здесь не практикуется, и меня скоро заметут, как чересчур подозрительного.