— Что значит — разврат⁈ — выпрямился я с видом оскорбленной невинности.
— Вы! Среди бела дня! На кровати!!! — начала шипеть самозваная блюстительница нравственности.
— С родной сестрой, — вставил я.
— С родной се… — Нитка машинально продолжила и осеклась, — Что?
— Это — моя сестра. Пришла ко мне в гости. Это запрещено?
— Откуда у тебя здесь сестра?
— Приехала поступать вместе со мной.
— А почему я ее на экзаменах не видела?
— Я с другого факультета, — пискнула Мада из-за моей спины, одергивая платье.
— А почему…? — похоже, Ланите некоторый беспорядок в одежде «сестры» тоже показался подозрительным. Хотя и возник он совершенно случайно.
— Тебе паспорта показать?
— Ладно. Я проверю, — холодно ответила Ланита и захлопнула дверь.
— Уф, — я сел на кровать и в этот раз Мада не стала отодвигаться, видимо, уже начав относиться ко мне как к брату, — Пронесло.
— А почему ты сказал — родная сестра? Ты же говорил: двоюродная?
— А двоюродная сестра мне что, уже не родная, что ли?
[1] Фамилии из книги Эдуарда Успенского «Пластмассовый дедушка»
[2] Герой переделал выражение Фашиста из фильма «Брат 2»: «Свой своему поневоле брат». А про то, что это — «народная фашистская поговорка» решил не добавлять. В аналоге СССР пятидесятых годов шутку не поймут.
[3] Название показалось герою похожим на название королевства Агмар из легендариума Толкиена.
[4] Майер Майер — герой цикла романов Эда Макбейна о 87 полицейском участке. Отец по фамилии Майер решил пошутить и дал своему сыну имя, совпадающее с фамилией.
Глава 46
Я перевернул листок и продолжил писать: «Милый дедушка, Алоизий Могарыч[1], забери меня отсюда, пожалуйста, нету никакой моей возможности тутова обитать. Никто меня здесь не любит, обзывают всячецки, по-городскому, непонятно. А еще один сейчас над моей душой стоит и смотрит, что я тут тебе пишут…».
— Эй! — возмутился Берген, заглядывавший мне через плечо и читавший письмо. Я невинно улыбнулся. Он обиженно запыхтел, но тут же понял весь комизм ситуации и захохотал.
— Родным пишешь? — спросил Берген.
— Не, родным я уже написал, — мимоходом отмахнулся я. На самом деле никаким родным я, по понятным причинам, не писал, но то, что это — странно, до меня дошло только сейчас. Не мог обычный сельский парнишка, уехав от родных за тучу верст, не черкануть им хотя бы пару строчек. Нет здесь еще возможности позвонить, причем не только по мобильному, но и по стационарному. Не в каждом доме есть телефон, а то и не в каждом селе. Пришлось по быстрому сочинять, что письмо уже написано.
— А ты же там что-то про дедушку…