Глава 77
Я зашагал мимо кустов, омытых недавним дождем и потому посвежевшим и позеленевшим. Хотя и основательно попятнанным желтизной. Ну да — до осени всего несколько дней осталось.
— Стой, — сказали из кустов.
Я замер.
— Естественнее стой.
Я расслабился и сделал вид, что ищу по карманам то ли спички, то ли папиросы.
— Идешь до конца аллеи, сворачиваешь на улицу, доходишь до проспекта, идешь до трамвайной остановки, которая возле Генеральского дома. Ждешь меня там. Понял?
— Понял.
— Выполняй, — кусты не удержались и хихикнули.
Я вскинул вещмешок на плечо, закурил и зашагал по установленному маршруту. Такие сложности, чтобы всего лишь добраться до железнодорожного вокзала с девчонкой, которая тебе нравится…
С другой стороны — время сейчас такое. Увидят нас, прогуливающихся вместе — раздуют так, как будто мы по улице не гуляли, а занимались всякими непотребствами. На этой самой улице. Под одобрительные комментарии прохожих. Мне-то ладно, мне пофиг, что с дикого талганца взять, а Нитке? Ее же заклюют, припишут аморальное поведение и даже могут погнать из комсомола… или как он там здесь называется? Для здешнего комсомольца это хуже расстрела, а для Нитки — тем более. Она и меня тихонечко агитирует «за советскую власть», то есть — вступить в этот самый… как его, черта…
Ну а если с третьей стороны — в нашем времени что, лучше? Мне одна подружка рассказывала, что у нее в школе — подружка школу уже окончила, если что — чуть не затравили молоденькую учительницу, только за то, что на новогоднем празднике она танцевала медленный танец с восьмиклассницей. Повторяю — просто танцевала. Не зажимала в темном углу, не целовала взасос. Танцевала. И этого хватило для того, чтобы обвинить ее в растлении несовершеннолетних, в нетрадиционной сексуальной ориентации, во всех смертных грехах. Ну а что делать, если учителей мужского пола в школах не так уж и много, а ученики этого самого мужского пола тоже не горят желанием танцевать не только с учительницами, но и с одноклассницами. Боятся они, видите ли, и стесняются. Нет, на словах они, конечно, храбры и отважны, а как потанцевать — нет их.
В каждом времени — свои заморочки…
* * *
Вагончик тронется, перрон останется…
Тронулся, к моему некоторому удивлению, действительно вагончик. Наша электричка состояла из трех зеленых вагончиков, которые бодро подкатили к перрону без всякого локомотива[1]. Просто три вагона, передний из которых смотрел на дорогу забавной квадратной мордочкой. Да еще и маленький красный снегоотбойник внизу, как усы щеточкой.