Вода в кастрюле, раздобытой где-то пронырливым Казом, закипела, и я высыпал в нее серые трубки макарон, которые здесь продавались на развес. Макароны были толстые, брутальные, поневоле поверишь, что на макаронном станке при его минимальном переоборудовании, можно выпускать патроны[5]. Помешивая, чтобы не получить кашу, я вскрыл консервным ножом банку тушенки и запустил в нее ложку. Зорко следя за тем, чтобы, остальные кулинары не запустили в мою тушенку свои ложки — студент есть существо вечно голодное -я тихонько утащил из чужого бумажного кулька пару щепоток соли и бросил к своим макаронам.
Ммм, ничего так тушенка, только на мой вкус — солоновата[6]. Впрочем, я люблю соленое.
* * *
Притащив тяжелую и горячую кастрюлю в пустую комнату — опять все куда-то разбежались — я честно отначил от макарон шестую часть, мысленно усмехнулся, вспомнив вычитанную где-то математическую задачку про бананы и обезьянку[7], плотно пообедал… А что нужно сделать после плотного обеда по закону Архимеда?
Правильно! Чтобы жиром не заплыть — нужно срочно покурить!
Туалеты здесь к долгому сидению не располагали, потому что представляли собой чашу Генуя[8], но я, сделав свои немудреные дела, не открывая кабинки, чиркнул спичкой и закурил. Благо в туалете и так было накурено, так что вещай хоть топор, хоть целую алебарду.
— А я тебе говорю — никакой он не талганец! — громким шепотом прошипел кто-то снаружи моего убежища. Я чуть папиросу не проглотил. Потому что в общежитии был один-единственный талганец — это я. Так что говорить могли только обо мне. И действительно — ненастоящий. Так… Может, мне уже пора бежать до канадской границы.
— Ну а кто? — вот этот ленивый, как будто тихонько посмеивающийся над тобой голос, я сразу узнал. Каз.
— Шпион! — а это, кажись, Берген. Вот спасибо тебе, дружище… Хорошо еще, что ты с такими подозрениями не в КГБ пошел, а к Казу. Тот, по крайней мере, не может запрос в Талган отправить.
— Андурийский или салаопский?
— Не смешно!
— Мне — смешно. С чего ты вообще решил, что Ершан — шпион?
— Да он же на талганца не похож совершенно.
— А как должен выглядеть типичный талганец?
— В тюбетейке…
— Зеленой такой. Как у Ершана, да?
— Да елки-палки! Талганцы загорелые, а на нем загара почти что и нет!
Ну да, нет. Не успел я загореть как следует.
— Берген, ты же у нас из Каджии, верно?
— Да.
— Как выглядит типичный каджиец?
— Э…
— То-то и оно, что ты на типичного каджийца тоже не похож. Может, это ты — шпион? Никто не должен выглядеть как типичный представитель чего-то. Все люди — разные. Я бы, скорее, решил, что Ершан — шпион, если бы он и вправду на сто процентов соответствовал образу типичного талганца. Какие там у тебя еще улики?