— Хочешь штаны купить? — и, не дожидаясь вопроса «Какие еще штаны⁈», протянул ему авоську. Отвернул газетный лист, показывая кусочек джинсов.
— Жапсы? — паренек приподнял одну бровь.
Жапсы, жапсы. Хотя лягушачьи шкурки, только купи. Жрать хочется — невозможно.
— Посмотреть можно?
А ручки-то подрагивают. Зацепило парня, зацепило. Пора подсекать и вываживать.
— Пойдем, — кивнул я в сторону реки.
Мы протиснулись в проход между кустами, подошли к росшим к воды ивам, возле которых кто-то оборудовал курилку: две стопки кирпичей с положенными сверху досками.
— Давай. Показывай!
Подсекаем…
Я развернул сверток.
И понял, что рыба сорвалась.
— Что за мешки? — чуть ли не брезгливо произнес парень.
Облом-с. У меня джинсы — прямые, чуть расклешенные, а здесь, если мне не изменяет склероз и ситуация соответствует пятидесятым — в моде дудочки. За которыми охотились комсомольские патрули и не в смысле «Дай поносить!», а в смысле — разрезали бритвами по шву, чтобы неповадно было.
Покупатель, однако, категорически отказываться не собирался: мял и выворачивал наизнанку, послюнявил спичку и потер ею ткань, почесал нос:
— Делиль верный, а торч мертвый… И на самолеп не похоже. Где ЭТО слепили?
— В Китае.
— Это где?
Никакого удивления, просто безразличное любопытство.
— Откуда я знаю? Дядька привез.
— Ладно, — парень хлопнул себя ладоня по коленям и встал, — Возьму. Полную цену не дам, штука мертвая. Две стопки… двести рэ устроит?
Жмот.
— Давай, — лениво махнул рукой я, мол, мне плевать.
— Жди, сейчас деньги принесу.
Он скрылся, а меня пробило неприятное осознание, что мои действия в данном случае Уголовный кодекс квалифицирует как спекуляцию и фарцовку. И если паренек побежал не за деньгами, а за милицией — или какими-нибудь еще дружинниками — мне сильно не поздоровиться.
Не пора ли рвать когти?
Я придавил не вовремя проснувшуюся паранойю. Видеокамер здесь нет, путь от входа в общежитие прекрасно просматривается. Так что если он сейчас выйдет не один — я всегда успею рвануть с низкого старта.
Стиляга пришел не один. С серо-сиреневой пачкой денег. Я, не пересчитывая, сунул их в карман штанов и протянул сверток покупателю:
— Держи.
Недоверчивый тип развернул газету, убедился, что я не подменил джинсы на детские ползунки, хмыкнул, завернул обратно, собрался было уходить…
И увидел мои кроссовки.
Глаза парня расширились так, что все анимешные девочки дружно закурили.
— Спортсы⁇!! Откуда⁈
Я дернул плечом:
— Дядя привез.
Он схватил меня за плечо:
— Продай! Сколько⁈
ПО лицу было понятно, что денег у него больше нет, где найти — не знает, но если я откажусь — он меня в этой реке утопит.