— Вас понял, товарищ командующий, — ответил тот, щуря близорукие глаза. — Если немцы не взорвут…

— Если взорвут, у вас есть саперы. Действуйте.

Вторым эшелоном шла 22-й мехкорпус генерал-майора Кондрусева. Более легкий, подвижный, в основном состоящий из «Т-26» и «БТ». Зато укомплектован был почти полностью. В него входили шесть танковых бригад, три стрелковых дивизии.

Кондрусев должен был действовать на левом фланге 16-й армии Лукина, прикрывая его от возможных контратак со стороны немецких частей и подразделений, обороняющих подступы к Варшаве.

— Главное, не увлекайтесь, Семен Михайлович, — предупредил я Кондрусева. — Ваша задача, не брать город, а отсекать его от коммуникаций. Никаких уличных боев. Варшаву возьмем, когда немцы задохнутся в котле.

— Есть, товарищ командующий, — кивнул командир мехкорпуса.

На левом фланге, южнее Варшавы, действовала 13-я армия генерал-майора Филатова. В ее составе было шесть дивизий. Четыре стрелковых, одна кавалерийская и одна танковая. Кавалерия состояла из казаков, под командованием полковника Доватора.

Перед 13-й я поставил задачу форсировать Вислу южнее Варшавы и ударить по городу с юга, отрезая пути отхода врагу на юго-запад. Особые надежды я возлагал на Доватора. Его казаки могли проникать в тыл противника, сея панику.

— Петр Сергеевич, — обратился я к Филатову. — Ваши казаки — главный козырь. Задача, не дать немцам отойти за Пилицу. Перережьте шоссе, взорвите мосты, чтобы ни одна крыса не выскользнула.

— Сделаем, товарищ командующий, — ответил Филатов. — Казаки Доватора не подведут.

В резерве у меня оставались 3-я армия генерал-майора Кузнецова и 10-я армия генерал-майора Голубева. В каждой по три стрелковых дивизии, две танковые бригады, мотострелковый полк. Они должны были поддерживать наступающие армии.

— Товарищи Кузнецов и Голубев, — обратился я к командармам. — Будете готовы к отражению контратак изнутри котла. Когда Варшава будет окружена, немцы попытаются пробиться. Не дайте им это сделать.

Вашингтон, Белый дом, Овальный кабинет. 7 октября 1941 года.

Франклин Делано Рузвельт сидел в инвалидном кресле у камина, глядя на пламя. В руке он держал длинный мундштук с сигаретой, но не курил — задумался. На столике рядом лежали последние сводки по европейскому театру военных действий.

— Войдите, — сказал президент, когда в дверь постучали.

Кабинет наполнился людьми. Среди них были министр военно-морских сил Фрэнк Нокс, военный министр Генри Стимсон, советник президента Гарри Гопкинс и начальник штаба армии США генерал Джордж Маршалл.