— Георгий Константинович, — прервал мои мысли Маландин. — Что будем делать с Варшавой? Город освобожден, но польское подполье весьма неоднородно. Надо как-то поддержать товарищей коммунистов.

— Поддержим, чем сможем, но вообще-то это задача партийного руководства, — ответил я. — Наша задача — наступать дальше.

Я провел пальцем по карте от Варшавы до Берлина. Пятьсот километров до вражеского логова. И не просто полсотни километров лесов, рек, городов и хуторов, а пятьсот тысяч метров чужой земли, укрепрайонов и крепостей.

— Герман Капитонович, — сказал я. — Готовьте приказ. Западный фронт начинает наступление на Познань.

Начштаба кивнул.

— Вас понял, товарищ командующий, но нам бы тоже не помешали подкрепления.

— Ставка подбросит, — сказал я. — Мы доказали, что можем решать задачи даже раньше, чем обещали сами. Пока немцы на нашем участке деморализованы, надо не дать им опомниться.

— А как же фланги? — спросил Маландин.

— Фланги прикроют Попов и Ватутин. Их задача — не дать немцам перебросить резервы к Берлину. А мы… — я провел жирную красную стрелу от Варшавы до столицы Рейха, — мы пойдем на запад. Быстро, жестко, не останавливаясь.

Начальник штаба кивнул. Он уже привык к моему стилю командования, но по глазам его я видел, что ощущение некоторой нереальности происходящего не оставляет его. Знал бы он насколько малореальным все это кажется мне!

— Приказ будет исполнен, товарищ командующий, — сказал Маландин.

— Вот и хорошо.

Я взял листок с донесением Ватутина. Перемышль сыграл важную роль в Первой Мировой войне. Это помнил даже не я, а тот Жуков, сознание которого замещено моим. И сейчас это был первый крупный польский город, освобожденный Юго-Западным фронтом.

— Свяжите меня с Ватутиным, — приказал я начальнику связи.

Через несколько минут в трубке раздался голос командующего Юго-Западным фронтом.

— Слушаю вас, Георгий Константинович.

— Поздравляю с победой, Николай Федорович. Перемышль — это важно.

— Спасибо, товарищ командующий. Позвольте и вас поздравить. Варшава, пожалуй, поважнее будет.

— Благодарю, но как говорил поэт, сочтемся славой, ведь мы свои же люди… А теперь к делу. Западный фронт наступает теперь в сторону Познани. Вы должны прикрывать мой левый фланг. Не дайте немцам ударить с юга.

— Понял. Мы выйдем к Карпатам и закроем перевалы, но для этого мне нужны люди и снаряды.

— Люди и снаряды будут. Держите связь с Василевским. Он координирует снабжение.

— Держим. Обещал.

— Не хочется лезть в горы, Николай Федорович?

— Не хочется, Георгий Константинович, но нельзя оставлять фрицам эту лазейку.