Толик на секунду запнулся, переваривая информацию. Мой голос звучал настолько убедительно, твердо и профессионально, что он явно растерялся.
— А что касается твоего «петуха», — я сделала шаг вперед, вынуждая его чуть отстраниться, — то я наградила этим званием какого-то наглого мужика из обслуживающего персонала, который прошел мимо и со всей дури задел меня плечом. Вопросы еще есть?
Толик окончательно сдулся. Сценарий великого разоблачения рухнул, но признать себя неправым его эго не позволяло. Он надулся, став похожим на обиженного ребенка.
— И всё равно, Марина... Ты должна была меня дождаться, — буркнул он, пряча глаза. — Я получил такую награду, это же колоссальный шанс завести еще больше связей! Ты моя жена, опора и надежный товарищ по жизни. Мне нужно твое присутствие рядом, чтобы все видели, какая у меня семья!
Я раздраженно, тяжело вздохнула, едва удержавшись от того, чтобы не сплюнуть от отвращения прямо на дорогой паркет.
В ту же секунду я буквально заледенела. Кровь застыла в жилах, а сердце сделало бешеный кульбит и застряло где-то в районе горла.
«Нет! Ещё слишком рано!» — набатом забилась в голове единственная мысль.
Если этот идиот увидит меня здесь, то капкан захлопнется раньше времени, и я не успею размазать этого урода так, как он того заслуживает.
На инстинктах, совершенно не думая, что творю, я мертвой хваткой вцепилась в сильное предплечье Огнева и со всей дури потянула его за собой – глубже в тень, за массивную боковую колонну, обвитую декоративным плющом. Главное – убраться с поля их видимости, чтобы Толик со своей шлендрой не засекли нас в полумраке террасы.
В темноте, на бешеной скорости и на своих умопомрачительных шпильках я банально не рассчитала траекторию. В следующее мгновение я с глухим стуком впечаталась спиной в холодный мрамор колонны, по инерции с силой припечатав к себе Огнева. Выдох со свистом вырвался из моих легких. Влад Григорьевич, чтобы избежать моего падения и грохота, мгновенно обхватил мою талию своими гигантскими, стальными руками.
Мы замерли, превратившись в единое целое. Между нами не осталось даже миллиметра воздуха. Мои ключицы упирались в жесткий борт его смокинга, я физически кожей чувствовала запредельный жар, исходящий от его мускулистого тела, и бешеный, ровный стук его сердца. Но Огнев даже не шелохнулся, удерживая меня как каменное изваяние и превратившись в мой персональный заслон.
Очень вовремя. Входные двери с тихим шуршанием разъехались и сквозь листву плюща мы увидели эту парочку.
— Толечка! Ну ты совсем мало уделяешь мне времени! — Куницина буквально выпорхнула на террасу, волоча за собой моего мужа, как на веревочке. — Как ты так можешь? Я же скучаю! Я весь вечер одна!