С той стороны на секунду повисла тишина, а затем донесся его знакомый, низкий, вибрирующий бархатный рокот с легкой усмешкой:
— Входите, Марина Игнатьевна.
Я решительно толкнула тяжелую дверь, шагнула внутрь, на ходу выдыхая дежурное:
— Доброго дня…
И фраза намертво застряла у меня в горле. Воздух со свистом вылетел из легких, а я замерла прямо у порога, не в силах сделать больше ни шага.
Огнев стоял прямо посреди своего просторного кабинета, повернувшись ко мне лицом. Полностью обнаженный по пояс.
Белый халат и форменная хирургическая рубашка валялись на спинке его кресла, а сам он, видимо, только что переоделся после очередной операции. Пластический хирург из моего вчерашнего подкола действительно потрудился на славу. Мощный, рельефный торс с кубиками пресса, широченная грудная клетка, обтянутая гладкой загорелой кожей, и огромные, сильные плечи, на которых отчетливо перекатывались стальные мышцы. На его правом плече темнел какой-то старый, рваный шрам, придавая его атлетической фигуре еще более опасный, хищный вид. Капли пота или воды после быстрого умывания еще поблескивали на его ключицах, медленно скатываясь вниз.
Я бесстыдно, в упор разглядывала его, совершенно забыв про все приличия и правила светского этикета. На его фоне мой муж, который сейчас наверняка похмельный, помятый, в моих мыслях ассоциирующийся с мужским полом, окончательно превратился в какую-то инфузорию-туфельку.
Влад Григорьевич даже не подумал смутиться или судорожно прикрыться халатом. Наоборот. На его жестких губах медленно расцвела самая издевательская, хищная и чертовски уверенная ухмылка, которую я видела вчера на набережной. Его проницательные серые глаза многозначительно скользнули по моему лицу, мгновенно считывая мою реакцию.
— А сейчас я вам нравлюсь больше, Марина Игнатьевна? — нагло, повторил он свой вчерашний вопрос, вальяжно закладывая руки в карманы строгих медицинских брюк. — Или ваш эстетический вкус сегодня снова решит подраконить мою самооценку?
Его вкрадчивый, рокочущий голос мгновенно вернул меня в реальность. Щёки опалило внезапным жаром, но я с силой сжала зубы, заставляя себя включить привычное ледяное спокойствие. Хватит подвисать. Я пришла сюда не любоваться полуголыми хирургами.
— Вижу, Влад Григорьевич, вы времени зря не теряете, — хлёстко парировала я, закрывая за собой дверь и делая уверенный шаг вглубь кабинета. Я демонстративно опустила взгляд чуть ниже его пупка, туда, где резинка брюк обхватывала его плотные бедра, а затем снова посмотрела ему прямо в глаза. — Должна заметить: для демонстрации анатомического материала на конференции через пять дней ваш торс подходит идеально. Репетируете?