Я улыбнулась и прислонилась бедром к столешнице.

Я: «Да. Уже дома.»

Несколько секунд — и новое сообщение.

Александр: «Хорошо. Я весь путь думал, не слишком ли сильно поцеловал тебя на прощание.»

Я прикусила нижнюю губу, чувствуя, как улыбка сама расползается по лицу.

Я: «Нет. Ровно настолько, чтобы я теперь не могла спокойно лечь спать.»

Ответ пришёл быстро.

Александр: «Тогда, видимо, мы в одинаковом положении.»

Я тихо засмеялась. Смех отозвался в пустой кухне почти интимно.

Я: «Это был очень хороший вечер.

Небольшая пауза.»

Александр: «Для меня тоже. И, Лэйн...

я очень старался не торопить ничего сегодня.»

У меня перехватило дыхание от этой честности. Такой прямой, спокойной, мужской.

Я: «Я это чувствовала.

И именно поэтому мне было так хорошо.»

На этот раз он не отвечал дольше. Я уже успела сделать глоток воды, поставить стакан в раковину и снова посмотреть на экран.

Александр: «Скажу, как есть: мне было трудно остановиться.»

Тепло сразу поднялось выше — к шее, к щекам, вниз по позвоночнику.

Я села прямо на кухонный стул, поджав одну ногу под себя.

Я: «Мне тоже.»

После отправленного сообщения я замерла, слушая, как быстро бьётся сердце. И, странное дело, не захотела брать слова обратно. Не захотела сгладить, пошутить, перевести всё в лёгкость. Потому что это была правда.

Мне было трудно остановиться.

Трудно выйти из машины.

Трудно не остаться ещё на десять минут в его тепле.

Трудно не вернуться к его губам.

Телефон снова ожил.

Александр: «Лэйн, если я сейчас скажу, что хочу тебя снова поцеловать, это будет слишком?»

Я закрыла глаза.

Чёрт.

Под кожей всё стало остро. Не болезненно — наоборот, слишком приятно. Я представила его лицо в темноте салона, его ладонь у моей щеки, медленный нажим губ — и дыхание само стало глубже.

Я: «Нет. Не слишком.»

Пауза.

Ещё одна.

Александр: «Тогда я хочу тебя снова поцеловать. Очень.»

Я провела ладонью по шее, ощущая, как пульс бьётся под пальцами.

Я: «Алекс...»

Он ответил почти сразу.

Александр: «Я знаю. Поэтому я у себя дома, а не у твоей двери.»

От этого мне захотелось одновременно смеяться и стонать от того, насколько это было правильно.

Господи, какой же он...

какой же он взрослый.

Я: «Спасибо тебе за это.»

Александр: «Не благодари. Просто я хочу, чтобы всё, что будет между нами, случалось не потому, что нас унесло, а потому что мы оба этого действительно хотим.»

Я смотрела на экран долго.

Потом очень медленно набрала:

Я: «Я уже хочу.»

И после отправки закрыла глаза, ощущая, как всё внутри будто становится обнажённым. Не страшно. Просто очень честно.

Ответ пришёл не сразу.