— ничего не брать пальцами (рано или поздно выломаешь суставы фаланг и заработаешь артроз. Бери руками!);
— ничего не поднимать руками (потянешь мышцы спины или повредишь позвоночник. Поднимай спиной!)[9]
Уф!
Стандартный вес ящика с гвоздями — 50 килограмм…
Как можно понять, я таки пришел на станцию разгружать вагоны. Ночью. Документов действительно не спросили, разве что имя, после чего экспедитор махнул рукой с зажатыми в ней накладными и повел нас к вагону, стоящему на путях среди, наверное, десятков таких же.
Хозяином груза был относительно молодой мужчина, лет так сорока без малого. Сапоги — тут вообще очень популярна обувь, темные штаны, кепка… И пиджак. С аккуратно свернутым в рулончик и заколотым булавкой правым рукавом.
Надо же. Я как-то и не задумывался до этой встречи, что все встречаемые мною люди пережили Великую Отечественную. Пусть в здешнем исполнении, то есть, не то, не там и не с теми названиями, но наверняка не менее жестокую и кровавую. Причем чуть больше 10 лет назад. А, наверное, чуть ли не каждый мужчина воевал. И, если не увидишь увечье или орденские планки — и не поймешь. Обычные люди, спокойные или крикливые, веселые или суровые, но — обычные. Никто не шатается пьяным в форме, не кричит на прохожих «А ты где воевал⁈» или там «Сталинград!». Где ПТСР?[10] Где вьетнамский (афганский, чеченский и ты пы) синдромы? Здешние люди — и наши люди пятидесятых? — психологически устойчивее? Или те, кто склонен к истерикам — просто не дожил до конца войны? Или здесь не «иммунитета ветерана» и тот, кто совершает преступления и нарушает беспорядки — получит срок без оглядки на «он же воевал!». Ну, воевал. И что? Сейчас ЛЮБОЙ воевал: и ты, и милиционер, что тебя арестовал и тот интеллигент в очках, которому ты попытался в рожу кулаком сунуть — тоже на передовой не печенье перебирал. Не прокатит. Это как советские перестроечные эмигранты в Израиль жаловались на то, что там трудно «вести дела», сиречь жульничать и мошенничать: в России, если попадешься, можно было выставить себя «несчастным евреем — жертвой антисемитов», а в Израиле — не получится. Тут все — евреи.
Уф!
Стандартный вес ящика с гвоздями — 50 килограмм…
Может, конечно, все гораздо проще и в ОРС любители поптсрить и покидаться гранатами в непонравившемся им кафе были в лучших традициях сталинского СССР собраны в уже знакомые им «теплушки» и отправлены сбрасывать энергию с помощью двуручной пилы. Ведь и в наше время можно встретить человека, прошедшего «и Крым и Рим» и не размахивающего этим на каждом шагу. Не надо далеко ходить: Юрий Алексеевич, мой институтский преподаватель высшей математики. Невысокий, сухой, с седоватыми усами, в очках, пользующийся уважением студентов и… кхм… любовью студенток. И чуть ли не случайно я увидел его в пиджаке с планками, среди которых опознал красно-белую ордена Красной Звезды. Алексеич отшутился в стиле «бандитская пуля», но я уже из интереса провел небольшое расследование и узнал, что бандитская пуля настигла его в 1985 году в Афганистане. Во время службы в 6-ом отдельном мотострелковом батальоне 22-ой отдельной бригады спецназначения[11]. Три раза. А он даже голос никогда не повышал…