– Ваши руки.

Риви торопливо спрятал кисти в карманы ханбока.

– Хотите лишиться оставшихся пальцев, лейтенант?

– Разве… – Риви смял обеими руками ткань.

– Вы ведь в курсе, что перчатки не только для того, чтобы забираться по скалам?

Фрост сидела, скрестив ноги. На подошвах сапог, обогретых костром, таяли куски снега.

Риви вытащил руки из карманов и положил на колени. Будто она не знает, как они выглядят. Будто она не…

– Ужас, – сморщилась Фрост. – Не кожа, а козлиная задница.

– Задница?

– Это Север, лейтенант Риви, тут нужно носить перчатки. Дайте сюда. – Фрост вытащила из внутреннего кармана маленькую жестяную банку и протянула ладонь. Короткие ногти Риви впились в колени и, кажется, продрали ткань.

– Дайте руку, лейтенант.

Риви несмело протянул правую. Фрост открыла банку, зачерпнула указательным пальцем каплю белого крема и дотронулась Риви до середины ладони. Крем, пахнущий еловыми ветками, тут же начал таять.

– Дайте другую.

Фрост взяла ладони Риви в свои и аккуратно помассировала, втирая крем в кожу.

– Вам же топор метать в змею, лейтенант.

– Ну… – только и смог сказать Риви в ответ.

Горячая волна поднималась от кистей к голове и, что хуже, к бедрам.

– Ну а вы собрались отморозить руки.

Крем впитался. Теплые ладони Фрост скользили по шрамам, мягко касались большого и указательного пальцев.

– Мне казалось, мои руки вызывают у вас отвращение, – хрипло произнес Риви.

– Почему?

– Это же очевидно. – Риви заерзал и придвинул колени как можно ближе к животу. – В Парансане, когда отдавал вам граппу…

– Припоминаю. – Фрост закрутила банку. – Жутко грязные ногти, лейтенант Риви. Точно. Сегодня намного лучше.

– Ногти?

– А это, – Фрост оттянула воротник ханбока, и Риви увидел кривой зигзагообразный шрам у нее на плече, – просто раны. Издержки службы. Берите уже. – Она положила крем. – И пожалуйста, носите перчатки.

Фрост поднялась, расстелила матрац и легла рядом с Кимом, отвернувшись от костра к стене.

Риви встал и на ватных ногах пошел в темноту, к козлам. Вытащил флягу из сумки, развязал пояс штанов и вылил ледяную воду в трусы.

Руки пахли еловыми ветками.

Просто раны.

Да как она смеет.

* * *

Риви лег на спину, потом на живот и на бок – неудобно было по-всякому. Наконец, проворочавшись час, заснул.

Открыл глаза. В пещере было темно и жарко – костер потушен, а вход закрыт одеялом. У постели стояли графин с водой и тарелка с картошкой и мясом; Риви проглотил не жуя – и опять вырубился.

Снова снился Минхи, но под утро образ рассеялся.

Риви казалось, что его болтает между явью и сном: всполохи костра, почему-то ярко-зеленые, лицо обдувает легкий, почти весенний ветер, руки Фрост у него на талии. Больше всего Риви боялся, что явь победит, и сон ускользнет навсегда. Он прижался к Фрост всем телом и прошептал: